Изба-читальня - Рототаев. Покоренные гиганты - Переход к решительным штурмам




Переход к решительным штурмам

К двадцатым годам накопился уже немалый опыт попыток восхождений на высочайшие вершины. В них принимали участие десятки альпинистов и немалое количество ученых. Да и физиологи добились уже определенных успехов в изучении влияния больших высот на организм человека. Теперь уже экспедиции могли организовываться, заранее учитывая все те трудности, с которыми им придется столкнуться в практике проведения восхождений.

Все это, вместе взятое, нашло свое отражение в следующем этапе борьбы за высочайшие вершины. Изменение коснулось даже названии экспедиций. Исчезло в них неуверенное слово “разведывательная”. Почти все организуемые экспедиции ставили перед собой задачу непосредственного штурма избранного объекта. Так подходили к ним не только альпинисты стран, уже накопивших опыт их проведения, как, например, Англия, но и те, которые только что включались в борьбу за гиганты (Германия, Франция). И это понятно. Такие страны опирались па уже накопленный опыт попыток восхождений на восьмитысячники и практику покорения семитысячников.

Особенно энергично действовали английские восходители, имевшие наибольший опыт в проведении высотных экспедиций. Уже в 1922 г. они предпринимают довольно решительную попытку штурма Джомолунгмы. Для выполнения этой задачи Комитет Эвереста, созданный в этой стране, и Английский альпинистский клуб, существующий с 1857 г., подобрали достаточно сильную группу восходителей в составе 10 участников, способную, по мнению организаторов, справиться с такой сложной задачей. В эту группу входили: Г. Меллори — участник экспедиции 1921 г.; Д. Финч — молодой химик и способный альпинист; Э. Нортон — офицер английских войск в Индии, не раз бывавший в Гималаях; Т. Сомервелл — известный английский альпинист, хирург по профессии; Д. Брюс — молодой и перспективный альпинист; Ч. Крауфорд — молодой альпинист, служивший в Индии; Е. Струтт, В. Уоркфилд, Г. Моршед и Д. Ноэл — опытный альпинист и отличный фотограф. В качестве врача экспедиции был включен участник восхождений на Кавказе и в Гималаях, покоритель семитысячника Трисул, Т. Лонгстафф. Наиболее подготовленными для штурма вершины считались Меллори, Финч, Нортон и Сомервелл. Руководителем экспедиции был назначен генерал Ч. Г. Брюс, уже участвовавший во многих гималайских экспедициях. Руководители Комитета Эвереста считали, что никто лучше его не знает Гималаи.

Для научной работы привлекались специалисты и в их числе географы, физиологи, художники, фотографы, несколько офицеров колониальных войск, на которых возлагались маршрутная и картографическая съемки.

После длительной организационной и материальной подготовки, а также детальной проработки тактических планов штурма вершины, в марте 1922 г. участники экспедиции прибыли в Индию. Из Дарджилинга большой караван экспедиции вышел в дальний путь к северным склонам Джомолунгмы, которым шла и экспедиция 1921 г.

Вторая английская экспедиция выступила из Дарджилинга на два месяца раньше первой. В долине Тисты она оказалась ранней весной. Зелени и цветов было мало. Рододендроны, представляющие в этих местах особую прелесть, еще не расцвели. На подступах к Главному хребту лежал снег.

Перевал Тангла встретил караван экспедиции глубоким снежным покровом и резким холодным ветром. В городок Шекар, расположенный точно на север от Дарджилинга, экспедиция прибыла 24 апреля, а 1 мая, в назначенный планом срок, караван остановился у языка ледника Ронгбук. Наступал решительный этап деятельности экспедиции. Вскоре караван отправили обратно. С участниками экспедиции остались только 40 лучших носильщиков-шерпов.

Трудная и хлопотливая работа по подготовке пути и организации промежуточных лагерей разворачивалась успешно. К 18 мая основные восходители и шерпы достигли перевала Чангла — высшей точки, до которой поднимались участники экспедиции 1921 г. С этого перевала начинался неизведанный путь к вершине по северному ребру, на котором намечалось организовать еще три лагеря: 7500, 7950 и 8250 м.

Утром 20 мая четверо альпинистов во главе с Меллори и 9 носильщиков отправились с перевала в направлении к вершине. Утро было тихое, но холод заставил надеть на себя все теплые вещи. Чувствовалось, что с подъемом становилось труднее дышать. В 14 часов уставшие альпинисты и шерпы достигли высоты 7620 м. Здесь они остановились на бивак; быстро сложив вещи, носильщики ушли вниз. Ночь прошла спокойно. Перед утром прошел небольшой снегопад. С бивака восходители вышли в 8 часов утра.

Несмотря на отличную погоду, идти было тяжело. Часто приходилось останавливаться для восстановления дыхания. Прекрасные картины окружающих гор несколько отвлекали их от напряженного подъема, по затрудненность дыхания с увеличением высоты сказывалась все сильное (кислородными аппаратами эта группа не пользовалась). К 14 часам 30 минутам они достигли высоты 8225 м. Все участники четверки чувствовали себя страшно уставшими. По их мнению, до вершины оставалось не менее 10 часов пути. Здравый смысл подсказывал: нужно возвращаться, и альпинисты начали спуск. Остро переживая неудачу, они все же были довольны тем, что достигли такой высоты, до которой еще но поднимался ни один человек. Спуск из-за усталости проходил медленно. К перевалу Чангла они подошли только около 23 часов 30 минут.

Повторный штурм был предпринят 24 мая. Тогда с перевала к вершине вышла группа в составе Д. Финча, Д. Брюса и 12 шерпов. На этот раз были взяты кислородные аппараты.

Подъем проходил тяжело. Дыхание с высотой все более затруднялось. Намеченной высоты 7800 м для организации бивака они в тот день не достигли. Остановились несколько ниже. Носильщики ушли вниз, альпинисты устроились на ночлег, стремясь хорошо отдохнуть перед предстоящим на следующий день штурмом вершины.

Ночью разразилась буря: ревел и свистел ветер, завывала пурга. Утром о выходе нечего было и думать. Непогода стихла только к 13 часам. Финчу и Брюсу пришлось провести на этом биваке еще ночь.

На следующее утро подъем к вершине был продолжен. Со свежими силами, хотя и медленно, с длительными остановками альпинисты поднимались по западному склону северного гребня. На высоте 8100 м они уже чувствовали себя уставшими. Дальнейший путь давался Финчу и Брюсу с еще большим трудом. Несмотря на потребление кислорода, они задыхались, часто и надолго останавливались. На высоте 8300 м отказал один из кислородных аппаратов. Его налаживание отняло много времени и сил. До вершины оставалось немногим более 500 м по высоте, но восходители настолько устали, что продолжать подъем уже не могли. Да и времени на это у них не оставалось. Пришлось прекратить штурм и спускаться. Это они и сделали с высоты 8320 м.

Других попыток штурма вершины участниками экспедиции 1922 г. не предпринималось.

Итак, в 1922 г. английские альпинисты не смогли покорить Джомолунгму. Но они не только первыми перешагнули рубеж высоты 8000 м, но и поднялись так высоко, как никто из восходителей не поднимался раньше. Результаты английской экспедиции 1922 г. на Джомолунгму были восприняты во всем мире как выдающаяся сенсация, практически доказавшая реальную возможность покорения восьмитысячпиков. Да и английские восходители получили в этом достаточно полную уверенность.

Одновременно экспедиция 1922 г. показала, что такая задача весьма сложна и требует самой тщательной подготовки. Поэтому следующую экспедицию англичане наметили на 1924 г., чтобы успеть провести к ней должную подготовку.

24 апреля 1924 г. караван третьей английской экспедиции на Джомолунгму, состоящий из группы альпинистов, 70 носильщиков-шерпов и 300 вьючных яков, остановились у языка ледника Ронгбук на северных склонах Главного Гималайского хребта.

В составе группы альпинистов были и участники предшествующей экспедиции: Г. Меллори, Э. Нортон, Д. Брюс. Среди новых ее членов были Н. Оделл — геолог по специальности и отличный альпинист; Б. Битгем — педагог и опытный альпинист; Г. Газард — инженер, служивший в саперных войсках и отличный альпинист; Э. Ирвин — молодой альпинист, участвовавший только в экспедиции на Шпицберген; врач экспедиции — Р. Гингстон. Начальником экспедиции вновь был назначен Ч. Брюс. Но в самом начале ее деятельности он заболел малярией и передал руководство экспедиции Э. Нортону.

Организация и заброска всех необходимых грузов на перевал Чанг-ла (Северный) началась 30 апреля. Эти работы по разным причинам, в основном из-за непогоды, затянулись, и лагерь на перевале, являющийся основным пунктом штурма и снабжения выходящих групп, был подготовлен только к 28 мая.

Близилась полоса муссонов с бурями и снегопадами, исключающими всякую возможность восхождения. Это тревожило альпинистов и заставляло поторапливаться.

1 июня из лагеря 4 вышла первая двойка — Г. Меллори и Д. Брюс в сопровождении 9 шерпов. Они планировали установить лагерь 5 на высоте 7700 м и лагерь 6 — на высоте 8200 м и отсюда штурмовать вершину. Погода стояла отличная и полностью способствовала их намерениям. Однако путь оказался сложнее предполагавшегося, лагерь 5 пришлось установить па высоте 7600 м. Оставшись здесь с тремя лучшими шерпами, альпинисты хотели на следующий день создать лагерь 6. Утро 2 июня началось хорошей погодой, но произошло то, чего так боялись Меллори и Брюс, — один из носильщиков заболел, а двое остальных отказались идти выше. Попытка штурма сорвалась.

Печальными спускались альпинисты. Встретившиеся им Нортон и Сомервелл (очередная двойка для штурма) понимали их переживания и сами беспокоились о том, пойдут ли дальше носильщики.

Утром следующего дня (3 июня) положение в лагере 5, где ночевали Нортон и Сомервелл с тремя носильщиками, было напряженным. Альпинисты со смутной тревогой посматривали па носильщиков. Разговаривали с ними осторожно и предупредительно. Те выглядели вялыми и сопливыми. Движения их были медленными и какими-то неуверенными.

Выход все же состоялся. Двойка альпинистов в сопровождении шерпов Непбо Вишай, Лакпа Чеди и Земчумби вышла по направлению к вершине. Казалось, что опасения были напрасны.

С высоты 8000 м характер пути изменился. На смену неровным и некрутым скалам, засыпанным мелкими обломками, пошли гладкие, наклоненные плиты, часто засыпанные мелким щебнем. Идти стало труднее. Ноги скользили по плитам, сбивая дыхание, и без того затрудненное (они шли без кислорода). Погода, хмурившаяся с утра, начинала улучшаться. Однако с высотой движение группы замедлилось. На высоте 8170 м им пришлось остановиться и организовать лагерь 6. Палатку поставили в узкой скальной расщелине и в нее сложили все имущество альпинистов. После этого носильщики пошли вниз, а Нортон и Сомервелл расположились на отдых, стремясь стряхнуть давившую их усталость и набраться сил для штурма. Беспокоило их лишь только одно — смогут ли они наутро выйти к вершине и преодолеть за один день около 700 м по высоте, остающиеся до вершины.

Утро было многообещающим. Погода стояла прекрасная. Восходители хорошо выспались. В 6 часов 45 минут вышли на штурм вершины. Теперь им казалось, что ничто не помешает добиться победы.

Первое время двойка шла в тени, не выходя на гребень хребта, где светило солнце. Было ветрено. Продвижение шло весьма медленно. Когда склон, по которому поднимались Нортон и Сомервелл, осветило солнце, их настроение улучшилось и даже движение ускорилось.

И все же они слабели с каждым шагом. С какого-то момента им стало страшно холодно, несмотря на то что на них была вся теплая одежда: шерстяные жилеты и такие же брюки, толстые куртки и брюки из фланели и поверх всего — ветронепроницаемые куртки. Начал ослабевать пульс. У Нортона стало ухудшаться зрение. Сомервелл часто останавливался и сильно кашлял. С высоты 8380 м скорость подъема значительно снизилась. Восходители шли, мучительно превозмогая слабость.

К середине дня они достигли высоты 8500 м. В этот момент они находились у верхней границы желтых скал. Вершина казалась рядом. Нортон еще стремился идти дальше, а Сомервелл не мог уже сделать ни шагу. На предложение Нортона продолжить подъем он только печально улыбнулся. Тогда Нортон пошел к вершине один. После нескольких десятков шагов, которые не показались ему трудными, Нортон вновь вышел на участок плит. В их впадинах лежал снег. Нортон чувствовал, как возрастает для него, идущего из последних сил и без поддержки товарища, опасность срыва. Оглянувшись, он определил, что успел подняться от Сомервелла примерно на 100 м и до вершины, как ему казалось, требуется еще одно усилие. В то же время Нортон сознавал, что это “еще” — около 300 м. Вершина только казалась близкой. Как после рассказывал сам Нортон, у него было такое состояние, что если он сделает еще несколько шагов, то не останется сил, чтобы вернуться назад. И он отступил. Как после было определено, это произошло на высоте 8565 м.

Тем временем к вершине уже шла третья двойка (6 мая) в составе Меллори и Ирвина. Их сопровождали четыре шерпа. Позднее много сомнений высказывалось по поводу состава этой двойки. Почему для решительного штурма такой опытный альпинист, как Меллори, взял совершенно неопытного Ирвина? Почему на это место не был включен опытнейший Оделл? Немало было и других “почему”.

Меллори и Ирвин успешно достигли лагеря 6 (8170 м). Здесь они остановились на ночь, с тем чтобы наутро штурмовать вершину (шли они с кислородными аппаратами).

Проводивший их Оделл спустился в лагерь 5. Утром 7 июня он наблюдал за штурмовой группой. Его удивило, почему двойка вышла к вершине так поздно — только в 8 часов. Вскоре после выхода Меллори и Ирвина начался снегопад. Небо все более затягивалось облаками, и Оделлу трудно было следить за товарищами. Облака спускались все ниже и закрыли вершину и верхнюю часть северного гребня. Иногда облака разрывались, вершина открывалась, и тогда Оделл до боли в глазах всматривался в ее склоны. Во время одного из таких разрывов, стремясь увидеть штурмующую двойку уже в районе вершины, он вдруг обнаружил ее значительно ниже. По его определению, Меллори и Ирвин в тот момент находились на высоте, близкой к 8600 м.

Обратно Меллори и Ирвин не вернулись. Они стали жертвами Джомолунгмы. Оделл один поднялся в лагерь 6, но никаких следов их там не обнаружил.

Несмотря на эту трагедию, успехи экспедиции были высоко оценены среди альпинистов мира, да и во всем спортивном мире они получили широкое признание. За это достижение начальник экспедиции генерал Ч. Брюс был удостоен олимпийской Золотой медали. Это решение было принято на зимних Олимпийских играх в Шамони в 1924 г. Достигнутая высота практически включала в себя высоты всех восьмитысячников Земли, кроме Джомолунгмы. Особенно это ценно тем, что высоты до 8500 м достигнуты без применения кислородного аппарата, что наглядно продемонстрировало большие возможности человеческого организма приспосабливаться к окружающим его условиям.

Временное затишье. Казалось, что успех английских восходителей на Джомолунгме должен был воодушевить альпинистов других стран. Закономерно было ожидать значительного оживления в высотных восхождениях. Однако этого не последовало. Сенсационный успех англичан на Джомолунгме словно вверг в какой-то шок восходителей других стран. Видимо, они пытались осмыслить это большое достижение и сделать для себя правильные выводы.

Подумать нужно было о многом. Штурм Джомолунгмы показал, что высоты более 8000 м требуют предельных человеческих сил, как физических, так и моральных. Применение кислорода расширяет эти возможности, но существовавшая в то время кислородная аппаратура была тяжела и несовершенна. Она не обеспечивала безопасности восходителей.

Падежного метода акклиматизации тоже еще не было установлено, да и снаряжение не в должной мере обеспечивало защиту от низких температур на больших высотах и сильных пронизывающих ветров. В огромной степени достижение больших высот зависело от способности носильщиков, па которых возлагались заботы по оснащению высотных лагерей всем необходимым. Выходящие на непосредственный штурм вершины маленькие группы альпинистов не имели связи с поддерживающими группами и не могли информировать товарищей о своем положении или вызвать их на помощь в критических случаях. Да и в отношении погоды они должны были действовать почти вслепую, а этот фактор, особенно на таких высотах, мог привести к катастрофическим результатам. Все это и заставляло альпинистские организации и ведущих восходителей весьма серьезно задуматься.

Однако не следует думать, что в последующие годы проведение высотных экспедиций совершенно прекратилось. Нет, экспедиции были, но какая-то нерешительность в действиях их участников и руководителей оставалась.

В 1925 г. проводилась итальянская экспедиция на Канченджангу. Она была небольшая и не ставила перед собой серьезных задач. Ее руководитель Н. Томбази привел своих спутников на ледник Зему, стекающий с восточных склонов этого восьмитысячпика, и развернул достаточно широкую деятельность по исследованию района. Наибольшим ее альпинистским достижением явился подъем на перевал Зему.

Английская экспедиция в Каракоруме в 1926 г. не ставила перед собой задачу восхождения на высочайшие вершины. Ее целью было исследование этой горной системы, особенно северных ее склонов, и картографирование. Руководил экспедицией К. Мейсон.

В 1929 г. проводились две экспедиции на восьмитысячники. Альпинисты Германии во главе с Б. Бауэром, ставили своей задачей покорение Канченджанги, а итальянцы, руководимые Э. Сполетто, — Чогори.

Итальянцы не впервые отправлялись к высочайшей вершине Каракорума. Они еще в 1909 г. предпринимали попытки восхождения на Чогори. Тогда экспедицией руководил Л. Абруццкий. Однако все их усилия не завершились успехом. Они достигли высоты 6600 м. В 1913— 1914 гг. итальянские альпинисты во главе с Ф. де Филиппе проводили географические исследования этой части Каракорума. Материалы обеих экспедиций были широко использованы при подготовке к поездке в Каракорум группы Э. Сполетто. Географом и геологом экспедиции был Ардито Дезио.

Но еще в процессе подготовки руководство экспедиции приняло решение сосредоточить главное внимание не на штурме Чогори, а на исследовании района Балторо и Шексгама.

Организовав свой базовый лагерь у языка ледника Балторо, 8 мая альпинисты вышли на выполнение своих задач. Первым в их планах было достижение седла Конвея в верховьях ледника Балторо (в своем верхнем течении носящего название ледника Абруццкого). Но и это им удалось сделать только частично. Помешало то, что экспедиция была слишком “тяжелой” (она привезла с собой грузов около 18 т), а следовательно, и весьма неоперативной. До седла удалось подняться лишь Дезио с одним из участников, но и это дало возможность провести обследование района седла и получить достаточно правильное представление о том участке хребта Каракорум, где от него отходит мощный отрог Машербрум.

Участники экспедиции разбились на отдельные группы и прошли ряд маршрутов через перевалы Каракорума и обследовали район Чогори. В результате их работ была составлена карта района в масштабе 1 : 25 000. Вся деятельность данной итальянской экспедиции способствовала изучению района высочайших вершин Каракорума.

В том же 1929 г. внимание альпинистов привлекла вновь Канченджанга. Она была избрана объектом штурма дебютирующими в борьбе за восьмитысячники восходителями Германии. Возглавлял их известный в то время альпинист этой страны П. Бауэр. В состав альпинистской группы входили: Э. Алльвейн, К. Крауз, П. Ауфшнейдер, Ю. Бреннер, Э. Бейгель, Ф. Фейдт, И. Леопольд и А. Тенес. Для штурма вершины участниками экспедиции был намечен путь с ледника Зему по восточному ребру, открытому Д. Фрешфилдом.

Проделав большую подготовительную работу еще до выезда, а также и по прибытии на место, экспедиция в конце августа организовала основной базовый лагерь в верховьях ледника Зему, между восточным ребром и юго-восточным гребнем Канченджанги на высоте 5300 м.

В первой половине сентября участники экспедиции упорно пытались найти путь к южной вершине от перевала Зему. Но глубокий снежный покров, опасность лавин, невозможность продолжить путь для тяжело нагруженных носильщиков, а также весьма значительное расстояние по гребню до вершины заставили их отказаться от этого направления штурма.

После этого начался штурм восточного гребня. Путь по нему оказался сложным. Гребень ребра снежно-ледовый, довольно острый и изрезанный. На пути поднимались ледяные жандармы в виде башен, грибов, обелисков. Лагеря пришлось организовывать часто. Из-за отсутствия места для установки палаток и в целях защиты от резкого ветра пришлось рыть пещеры в снегу. За время создания промежуточных лагерей часто наступала непогода с сильными снегопадами. И все же лагеря были созданы до высоты 7000 м. Наконец 3 октября Алльвейн и Крауз поднялись до 7200 м и оттуда увидели, что оставшийся путь к вершине, как им казалось, уже не представлял особых трудностей. Приближалось время решительной атаки вершины. Но в ту же ночь разразилась непогода — сильная пурга длилась пять дней. Снега выпало много, и путь усложнился. Пришлось принимать решение о прекращении работы экспедиции.

Закончились двадцатые годы. Достижение англичанами высоты 8565 м уже не оставляло сомнений в возможности покорения восьмитысячников. Но не было пока и решительных попыток штурма высочайших вершин.

Район Канченджанги

Борьба обостряется. Тридцатые годы открылись продолжением атак на Канченджангу немецкими альпинистами. Но теперь они действовали уже не одни. В 1930 г. проводилась международная экспедиция под руководством Г. Диренфурта. В нее вошли: швейцарцы Г. Диренфурт, X. Диренфурт, М. Курц (топограф) и Ш. Дюванель (кинооператор), немцы Г. Герлин, У. Виланд, Г. Рихтер (врач), англичане Д. Хенна, Ф. Смитт, Г. Вуд-Джонсон, а также австриец Э. Шнейдер.

Экспедиция получила разрешение правительства Непала на восхождение с западной стороны. Маршрут штурма был намечен по северо-северо-западному склону. Путь к исходной точке штурма проходил через четыре перевала, один из которых достигал 5000 м. Для движения же с караваном в 350 носильщиков такой путь оказался сложным.

Уже 26 апреля, достигнув ледника Канченджанга, экспедиция разбила основной лагерь на его северной стороне на высоте 5050 м.

Намеченный путь по углу Северо-северо-западной стены шел по поднимающимся одна над другой трем мощным террасам, разделенным поясами твердого льда. Сначала он представлялся альпинистам хотя и сложным, но доступным, лишь в верхней части он казался более труднопроходимым. К 8 мая путь по первой террасе был подготовлен. На следующий день намечался выход для прокладки пути по второй террасе, но был неожиданно прекращен почти в самом начале подъема. Где-то вверху на склоне произошел ледовый обвал. Он вызвал лавину, в которую попали Г. Диренфурт и шерп Четтан. Первый из них был отброшен воздушной волной, а второй оказался накрытым лавиной и погиб. Подъем по этому маршруту прекратился.

Был выбран другой вариант подъема — по северозападному отрогу в направлении пика Кангбачен с расчетом выйти на небольшую террасу под этой вершиной и с нее подняться на гребень отрога. Но вскоре и этот вариант был забракован. Была попытка подняться на северо-западный отрог непосредственно по его склону, но и она оказалась неудачной. Максимальная высота, достигнутая при этих попытках, не превысила 6400 м. Время шло, и тогда участники экспедиции решили отказаться от штурма Канченджанги и переключиться на семитысячники района. В этом они добились определенного успеха. Группы, на которые разделились альпинисты, совершили следующие восхождения: пик Непал (7145 м), пик Джонгсанг — Главная вершина (7470 м) и Восточная (7442 м), а также пик Доданг-Ниима (7150 м), но, по последним измерениям, высота этой вершины снизилась до 6927 м.

В 1931 г. к Канченджанге вновь прибыла немецкая экспедиция во главе с П. Бауэром. Своей целью она ставила покорение этого восьмитысячника по восточному ребру, по которому пытались штурмовать вершину в 1929 г. В состав альпинистской группы входили многие участники предшествовавшей экспедиции, по добавились и новички: Г. Гартман, Г. Пирхер, Г. Шаллер и К. Вин. Экспедиция была более сильной как по составу альпинистской группы, так и по оснащению. Это было заметно хотя бы по тому, что вместо 89 носильщиков, переносивших грузы предшествующей экспедиции, теперь их потребовалось 210. Как и в 1929 г., для проведения экспедиции был выбран послемуссонный период.

13 июля был организован лагерь 6 у подножия восточного ребра. Однако условия этого года оказались еще менее благоприятными, чем в 1929 г. Погода то ухудшалась, то наступало резкое потепление, серьезно увеличивающее лавиноопаспость. Альпинисты упорно готовили путь к вершине. Во время одного из таких выходов попали в лавину и погибли альпинист Г. Шаллер и шерп Пазанг. Но и это не остановило подготовку штурма.

При очередном выходе в направлении к вершине двойка Гартман и Вин достигли резкого взлета гребня, так называемой “Шпоры” (7700 м). Им казалось, что после нее путь будет проще и до вершины не встретится серьезных препятствий. Каково же было их разочарование, когда со “Шпоры” они увидели, что гребень восточного ребра упирается в крутой 150-метровый склон северо-северо-восточного отрога. На этом склоне лежал плотный снег, принесенный сюда почти постоянно дующими ветрами. На поверхности склона были видны разрывы, свидетельствующие о лавинной угрозе. Так покорением “Шпоры” и закончилась экспедиция немецких альпинистов в 1931 г. До вершины еще оставалось около 900 м по высоте.

В 1932 г. начался цикл немецких экспедиций на Нан-гапарбат. В этом году на ее штурм выезжала экспедиция во главе с В. Мерклем. Ее участниками были В. Меркль и Ф. Бехтольд, П. Ашенбреннер, Э. Шнейдер (австрийцы), Г. Кюниг, Ф. Симон, Ф. Висснер и Г. Хамбергер. К экспедиции присоединились Р. Герои из Нью-Йорка, корреспондент Элизабет Наултон и капитан Р. Фрайер.

Пройдя 300 км от Сринагара до Астора с караваном в 110 вьючных животных и более ста носильщиков, экспедиция наняла в Асторе еще 110 местных носильщиков и 40 носилыциков-балти и направилась к цели.

Базовый лагерь экспедиция организовала на левом берегу реки Ракхиот, вытекающей из одноименного ледника, у опушки соснового леса на красивой поляне, густо поросшей высокой травой со множеством цветов. Альпинисты назвали ее “Сказочной поляной”, и этого названия она вполне заслуживала.

Позднее базовый лагерь был перенесен выше, в травянистую мульду над мореной, между ледниками Ракхиот и Ганало на высоте 3967 м. Отсюда была развернута работа по прокладке пути к вершине. В ходе ее 16 июля. П. Ашенбреннер и Э. Шнейдер покорили пик Ракхиот. На 18 июля был назначен штурм Нангапарбат. На него вышли Меркль, Ашенбреннер, Бехтольд и Герон.

По свежевыпавшему снегу и с тяжелыми рюкзаками шли они медленно и вскоре вынуждены были остановиться на бивак на высоте 6500 м. Наутро группа продолжила путь. Однако прокладка следов в толстом слое снега и тяжелые рюкзаки быстро вымотали их силы. Пришлось возвращаться. На следующий день Меркль и Бехтольд пошли вверх и организовали очередной лагерь на высоте 6750 м. Только 29 июля Меркль, Бехтольд и Висснер пробились к гребню, ведущему на “Серебряное седло”, и на другой день организовали лагерь на высоте 6950 м.

Казалось, что теперь путь к вершине открыт. Отсюда шел нскрутой гребень, а за “Серебряным седлом” трудностей не ожидалось. У альпинистов сложилось впечатление, что скоро они будут на вершине. Однако ночью начался снегопад. Не прекратился он и на следующий день. Полагая, что это уже подошел муссон, восходители начали спуск.

Непогода затянулась. Но экспедиция не покидала района, надеясь на улучшение погоды. Только к концу августа появились просветы в густых тучах над Нангапарбат. Меркль, Герои и Висспер 28 августа предприняли еще одну попытку выйти к вершине. Вокруг все было занесено снегом. Толстый слой сухого свежего снега они преодолевали с большим трудом. Скоро альпинисты поняли, что им не удастся по такому сложному пути достигнуть вершины. Они вернулись. Началось свертывание лагерей и подготовка к отъезду. Нангапарбат осталась непобежденной.

На Джомолунгму вновь идут англичане. В первые три года третьего десятилетия XX в. проводилось три экспедиции, целью которых был штурм восьмитысячника, но ни одна из них не смогла выполнить поставленных задач. Максимальная высота, достигнутая ими (7700 м на Канченджапге в 1931 г.), почти на целый километр была ниже той, которой достигли английские альпинисты (8565 м).

Восходители Англии не принимали участия в экспедициях тех лет. Они словно копили силы на дальнейшее. И вот в 1933 г. англичане вновь появляются в Гималаях. Возглавил экспедицию X. Руттледж, самым решительным образом настроенный на победу над высочайшей вершиной мира.

Гибель Меллори и Ирвина, как считали Комитет Эвереста и Английский альпинистский клуб, показала, что задача покорения Джомолунгмы оказалась значительно сложнее, чем это представлялось ранее. Альпинисты Англии заявляли, что они будут стремиться к победе над наивысшим гигантом гор не только из-за большого спортивного интереса, но и, главное, ради выполнения завета погибших друзей, завершая то, чего не удалось сделать им.

К 1933 г. Комитет Эвереста и Английский альпинистский клуб привлекли наиболее опытных восходителей, глубоко проанализировали все события, связанные с проведением трех первых экспедиций на Джомолунгму. Была проведена большая и серьезная работа по улучшению снаряжения и оборудования, неоднократно и глубоко прорабатывались тактические планы. Много усилий было вложено в подготовку участников будущей экспедиции. Вся эта работа была закончена в 1932 г. И только тогда было решено провести очередную экспедицию в 1933 г., в предмуссонный период.

Эта экспедиция значительно отличалась от предшествующих. Ее альпинистскую группу составляли 12 человек. Все они были опытными восходителями. Часть из них имели и опыт высотных восхождений. В состав группы вошли: Э. Шиптон, П. Вин-Харрис, Л. Уэджер, Е. Бирни, Е. Шеббир, Д. Крауфорд, Ф. Смит, Г. Боустед, Д. Броклебанк, Д. Лонгленд, Г. Вуд-Джонсон, Р. Грин (врач). Настроенность участников на победу была ярко выражена заявлением ее начальника X. Руттледжа. Он говорил, что экспедиция не преследует каких-либо научных целей, ничто не должно отвлекать ее от основной задачи — покорения высочайшей вершины мира.

Уже 17 апреля, на 12 дней раньше любой из предшествующих, экспедиция 1933 г. была на месте базового лагеря у языка ледника Ронгбук — исходного пункта всех довоенных экспедиций.

Хронологически не она первой в этом году прибыла к Джомолунгме. Еще 3 и 19 апреля над ней летали два самолета “Бристоль-Пегас”. Английские летчики Клайсдайл и Мак-Интайр, вылетев из Пешевара, проводили разведку вершины и ее фотографирование. Летали они и над Канченджангой и тоже фотографировали.

Продвижение от базового лагеря по пути к вершине началось успешно. К 15 мая был организован лагерь на Северном перевале (Чангла), а уже к 22 мая был создан лагерь 5 на высоте 7840 м. Вскоре был организован лагерь 6 (8360 м). Все промежуточные лагеря были установлены на тех же местах, что и в предшествующей экспедиции, лишь самый верхний был продвинут еще ближе к вершине. От этого лагеря до вершины оставалось около 500 м по высоте. У участников штурма росла уверенность в победе над Джомолунгмой.

Первая попытка штурма вершины из лагеря 6 была предпринята 30 мая Вин-Харрисом и Уэджером. Вначале подъем шел успешно. После двух часов движения, находясь примерно на 200 м выше первой ступени северного ребра, они нашли на склоне ледоруб. Первой мыслью было, что это ледоруб Меллори или Ирвина и, следовательно, это и есть место гибели двух их товарищей. Но затем вспомнили, что Оделл видел Меллори и Ирвина в последний раз где-то выше второй ступени.

От местонахождения ледоруба Вин-Харрис и Уэджер пытались траверсировать скальный склон северного ребра, с тем чтобы выйти на его гребень. Но этот путь оказался сложным, и они были вынуждены продолжить движение параллельно гребню. В 12 часов 30 минут достигли при-' мерно той же высоты, что и Нортон в 1924 г. Перед ними встала проблема — что делать дальше? По их мнению, отсюда до вершины потребуется не менее четырех часов, да и спуск займет не меньше. А это значит, что возвращаться они будут уже в темноте. Такого риска допускать они не имели права. И они... повернули обратно.

Через день, 1 июня, к вершине вышла вторая двойка — Шиптон и Смит. Однако вскоре Шиптон почувствовал недомогание и вернулся. Это уже предопределяло срыв штурма данной двойкой. Но Смит продолжал подниматься вверх.

Как позже рассказывал Смит, он достиг примерно той же высоты, что и предшествующая двойка. И здесь, неосторожно наступив па свободно лежащий на плите камень, сорвался и начал скользить по склону. К счастью, ему через несколько метров падения удалось задержаться. После этого о продолжении подъема он не мог и думать.

Других попыток штурма вершины за время этой экспедиции не предпринималось. Погода стала резко ухудшаться. Руттледж, полагая, что уже подошел муссон, принял решение прекратить работу экспедиции. И снова, как в 1924 г., восходителей отделяло от вершины около 300 м, и эти метры вновь оказались непройденными.

В 1934 г. экспедиций на Джомолунгму не проводилось. В этом году отмечалась лишь безрассудная попытка англичанина М. Уилсона достичь вершины Джомолунгмы в одиночку.

Не получив разрешения властей на восхождение, он отправился в Гималаи под видом носильщика и проник в Тибет, переодевшись тибетцем. Здесь он нанял нескольких носильщиков и отправился к вершине. Там Уилсон безуспешно пытался выйти на Северный перевал. Он не останавливался в непогоду, не считался с усталостью носильщиков, стремясь к вершине в каком-то исступлении. И, когда носильщики, поняв безрассудность мероприятия, оставили его, Уилсон пытался продолжать путь один. Но все его попытки, как это стало ясно из найденного позднее его дневника, оказались тщетными. В 1935 г. его труп был найден в начале подъема на перевал Чангла.

И снова англичане встали перед проблемой — что же вновь помешало пройти последние 300 м до вершины? Опять, как и до этого, они проанализировали каждый шаг теперь уже двух экспедиций (1924 и 1933 гг.). Снова усиленно поработали над снаряжением и планами и решили провести очередную экспедицию в 1935 г. Но выполнить такого намерения они не смогли. Разрешение пришло слишком поздно. Времени па окончательную подготовку оставалось весьма мало. Учитывая же, что разрешение было действительно с июня 1935 по июнь 1936 г., они решили послать в 1935 г. небольшую экспедицию, а основную готовить на 1936 г. Перед экспедицией 1935 г. были поставлены ограниченные задачи: проверить заснеженность путей к вершине в послемуссонный период, детально просмотреть северо-западный гребень и бассейн ледника Канчунг, собрать материалы для расширения обзорной карты 1921 г., а также проверить готовность части кандидатов в экспедицию 1936 г.

Руководителем экспедиции 1935 г. стал Э. Шиптон. В состав группы альпинистов вошли: Г. Тилман, Э. Кемпсон, Е. Уигрем, Ч. Уоррен (врач), а также новозеландец Л. Брайен. Группу топографов возглавил М. Спенсер.

К северным склонам Джомолунгмы экспедиция прибыла в июне. Но она не сразу приступила к выполнению основной задачи, а потратила две недели на исследования северо-восточной группы гор, расположенной в 70 км от цели их экспедиции. Ее участники прошли здесь ряд ледников и совершили восхождения на отдельные вершины. Когда же участники экспедиции прибыли 4 июля к леднику Ронгбук, то увидели Джомолунгму почти чистой от снега. Сначала это им показалось непонятным, но позднее выяснилось, что муссон запоздал в этом году на целый месяц.

Здесь англичане проявили большую оперативность — в течение недели они произвели заброску лагерей вплоть до Северного перевала и попытались отсюда покорить вершину Чангзе (7537 м), но успеха в этом не добились и были вынуждены вернуться с высоты 7100 м. Погода тем временем стала резко ухудшаться. Теперь уже действительно пришел муссон. К удивлению альпинистов, он захватил вершины Главного хребта, но не коснулся его северных склонов. Создавалась довольно благоприятная обстановка для восхождений. Воспользовавшись этим, участники экспедиции переключились на покорение менее высоких вершин и в этом достигли немалого успеха. Были покорены три семитысячника: Картафу — 7221 м, Келлас-рок — 7065 м и Карта-Чангри — 7032 м, а также более двадцати шеститысячпиков.

Участники экспедиции в полной мере выполнили свои задачи и этим в значительной степени способствовали подготовке экспедиции 1936 г.

Экспедицию 1936 г. вновь возглавил X. Руттледж. В состав ее альпинистской группы вошли: Э. Шиптон, Ф. Смит, П. Вин-Харрис, Э. Кэмпсон, Э. Уигрем, П. Оливер, Д. Гевин, Ч. Уоррен и Ч. Моррис. Были намечены и штурмовые двойки: Смит — Шиптон, Вин-Харрис — Кэмпсон, Уигрем — Уоррен.

По тактическому плану предусматривалось организовать штурмовой лагерь на высоте 8500 м. Оставшиеся 350 м по высоте до вершины предполагалось пройти за один день, включая и спуск.

К леднику Ронгбук экспедиция прибыла 25 апреля, но уже через пять дней начались снегопады. Считая их временным ухудшением погоды, участники экспедиции развернули энергичную подготовку пути к вершине. Уже 8 мая был создан лагерь 3 (6400 м), а 15 апреля Шип-топ и Смит с 36 шерпами достигли места лагеря 4 (6985 м). На Северном седле альпинисты были 18 мая. Обстановка складывалась тяжелая. Здесь уже был слой свежего снега в 70 см, а погода не улучшалась. Только теперь им стало ясно, что это не временное ухудшение погоды, а муссон, который в этом году пришел значительно раньше обычного. И экспедиция на этом закончилась.

Подготовка к следующей английской экспедиции вновь заняла два года. Она отличалась от всех предшествующих экспедиций тем, что участники ее решили отказаться от всякого комфорта, в том числе и от разнообразия в питании.

В число восходителей входили: Г. Тильман (руководитель), Э. Шиптон, Ф. Смит, Н. Оделл, П. Оливер, Ч. Уоррен, П. Ллойд. К леднику Ронгбук экспедиция прибыла 6 апреля 1938 г.

Уже с подходов к месту базового лагеря альпинисты увидели, что на склонах Джомолунгмы почти нет снега. Это радовало их, обещая хорошие условия штурма.

Однако движение к вершине не начиналось. Все были заняты разбивкой первых трех лагерей, самый высокий из которых располагался перед подъемом к Северному перевалу. Начинать обработку пути к перевалу альпинисты оказались не в состоянии. Многие из них мучались кашлем, у некоторых болело горло. Все чувствовали себя серьезно простуженными. Тогда Тилман решил дать им отдохнуть. Для этого они перешли перевал Лакпала и спустились по долине реки Карта к реке Арун. Здесь, на высоте 3400 м, в организованном лагере они провели почти две недели. В мае возобновились работы по прокладке пути. Первый раз они поднялись на перевал Чангла 28 мая.

Начавшаяся непогода заставила их отступить и спуститься в нижние лагеря. Вновь они поднялись на перевал 5 июня. На следующий день установили лагерь 5 на высоте 7864 м, а 8 июня — лагерь 6 на высоте 8291 м. Отсюда до вершины оставалось еще 500 м. Путь от перевала Чангла до лагеря 6 оказался тяжелым. Движению мешал слой свежевыпавшего снега, но, несмотря на это, Тилмап решил отсюда выходить на вершину. Попытки предпринимались дважды (9 и 11 июня). В ходе их Тилман, Шиптон, Смит и Ллойд упорно пытались достичь вершинного гребня. Слой сухого порошкообразного снега сильно затруднял движение. Быстро нарастала усталость. Создавалась реальная опасность срыва. На высоте 8400 м как первая, так и вторая попытка “захлебнулись”. На этом закончилась экспедиция 1938 г.

Так закончились все английские экспедиции на Джомолунгму в тридцатых годах. Ни одной из них не удалось превзойти достижение экспедиции 1924 г. Вместе с тем они позволили достаточно изучить район высочайшей вершины мира, сам массив и условия штурма.

Штурмы Нангапарбат. Как говорилось выше, альпинисты Германии в 1932 г. проводили экспедицию на Нангапарбат. Тогда они достигли гребня от пика Ракхиот к “Серебряному седлу”. Это было уже значительным достижением первого периода развития восхождений на высочайшие вершины мира. Немецкие альпинисты нашли правильный и наиболее безопасный путь к вершине Нангапарбат.

Наступил 1934 год, и альпинисты Германии вновь организуют экспедицию на этот восьмитысячник. Возглавил ее В. Меркль. Группа альпинистов подобралась сильная. К участникам прошлой экспедиции П. Ашен-бреннеру и Ф. Бехтольду присоединились П. Мюльриттер, Э. Шнейдер, В. Вельценбах, У. Вилланд и А. Дрексель. Да и научная группа была весьма квалифицированная: картограф Р. Финстервальдер, географ В. Рехль и геолог П. Миш. Врачом экспедиции был В. Бернард.

“Сказочной поляны” экспедиция достигла уже 19 мая. Но в это время она была неузнаваемой. Вместо роскошного ковра цветов перед ними лежали снежные сугробы. Отсюда были отпущены 500 носильщиков, экспедиция осталась с 35 носильщиками (шерпы и балти), возглавляемыми известным сардаром (старшиной) Лева, который вместе с Ф. Смитом покорил в 1931 г. вершину Камет (7755 м).

На этот раз участники немецкой экспедиции достаточно быстро и оперативно организовали промежуточные лагеря, прокладывая дорогу к вершине. Уже 7 июня был создан лагерь 4 на высоте 6185 м. Неожиданно произошла остановка всех работ. Внезапно умер А. Дрек-сель от воспаления легких. Все альпинисты и носильщики спустились в главный лагерь на морене, чтобы похоронить товарища.

Вновь альпинисты поднялись в лагерь 4 только 25 июня. Очередной лагерь был организован на высоте 6700 м, йод пиком Ракхиот. Отсюда к вершине 4 июля вышли Меркль, Ашенбреннер, Бехтольд, Шнейдер, Вельценбах и Виланд с 17 шерпами. На гребне перед крутым подъемом к “Серебряному седлу” был установлен лагерь 7 на высоте 7050 м.

Наутро из этого лагеря к “Серебряному седлу” вышли пять альпинистов и 11 шерпов. Планировалось в этот день подняться до высоты 7800 м и организовать там штурмовой лагерь.

Погода вновь ухудшилась. Внизу все было затянуто облаками. Движение к седлу шли медленно. Основная группа поднялась на “Серебряное седло” в 12 часов 30 минут. Здесь же было разрешено разбить лагерь 8 (7480 м). Передовая двойка (Ашенбреннер и Шнейдер) к этому времени достигла предвершины и ожидала остальных. Когда же они увидели, что лагерь создается над “Серебряным седлом”, то спустились к товарищам.

День 7 июля мог стать историческим как для альпинистов Германии, так и для Нангапарбата. Сильная альпинистская группа в составе пяти человек с 11 шерпами находилась перед финишным броском всего в 650 метрах от вершины. Да и оставшиеся метры, по мнению участников штурма, не представлялись технически сложными.

Но... как это нередко случается, к утру разразилась свирепая буря. Поднятая ураганным ветром снежная пыль превратила день в ночь и не позволяла людям покинуть палатки. Они лежали в теплых спальных мешках, плотно припудренных снежной пылью, прорвавшейся и в их убежище, и рассчитывали, как только кончится непогода, выйти на штурм. Но непогода продолжалась весь день 7 июля, ночь и следующий день.

Учитывая сложившуюся тяжелую обстановку и уже не надеясь на скорое окончание непогоды, Меркль решил спускаться. Утром 8 июля он выслал двойку в составе Шпейдера и Ашенбреннера с тремя шерпами вперед для подготовки пути спуска и приведения в порядок лагеря 7 для размещения всех спускающихся с “Серебряного седла”.

Оставив палатки, снаряжение и питание на месте лагеря 8, уверенные в том, что они смогут в этот же день добраться до лагеря 7 и в дальнейшем предпринять новую попытку штурма, альпинисты вместе с 8 шерпами начали спуск.

Сильный ветер затруднял движение, но они шли не останавливаясь, чтобы дойти до спасительного лагеря 7. Добраться до него этой группе не удалось. Измученные, многие обмороженные, они вынуждены были вырыть в снежном склоне пещеру и в ней провести ночь.

Это была тяжелая ночь. Голодные, уставшие люди с нетерпением ждали наступления утра, чтобы выйти к лагерю 7. Когда же они пришли на место расположения лагеря 7, их никто не встретил. Палатки оказались засыпанными снегом. Как после выяснилось, Шнейдер и Ашенбреннер даже не останавливались здесь, а, бросив шерпов, форсировали Спуск в лагерь 4 и к вечеру того же дня достигли его.

Из 11 человек основной группы в лагерь 4 спустились только пять шерпов. Остальные погибли наверху, на гребне.

Последний из оставшихся в живых шерп Анг-Тсеринг спустился с гребня 14 июля. Он принес записку Меркля с просьбой о помощи, но оставшиеся на гребне так и не дождались ее. Катастрофа явилась слишком большой ценой за недостаточную организованность и особенно за явное отсутствие сплоченности и взаимоподдержки среди участников экспедиции.

Катастрофа 1934 г., видимо, заставила серьезно задуматься альпинистов Германии. Они не решались вновь выходить на Нангапарбат до 1937 г., хотя все же в 1936 г. начала готовиться экспедиция на эту вершину. Этим занялось немецкое Гималайское общество. Оно, а также ряд ведущих восходителей страны считали, что есть реальные условия покорить Нангапарбат. Ссылались при этом и на то, что в 1934 г. Шнейдеру и Ашенбреннеру оставалось до вершины лишь около 300 м по высоте.

Такая экспедиция состоялась в 1937 г. Возглавил ее Карл Вин, известный советским альпинистам по восхождению на пик Ленина в 1928 г. В состав группы альпинистов вошли: П. Франкхаузер, А. Геттнер, Г. Гартман, Г. Хепп, П. Мюльриттер и М. Пфеффер. Исследовательскую группу составили У. Люфт (врач) и географ К. Тролль. Особых проблем перед экспедицией не вставало — путь к вершине был хорошо известен вплоть до предвершины, больших технических трудностей на этом пути, казалось, не было.

Прибыв в район восхождения в мае, участники экспедиции уже к середине июня продолжали путь до подъема на пик Ракхиот и организовали на этом пути промежуточные лагеря вплоть до лагеря 5, располагавшегося под самым пиком Ракхиот (6700 м). В этот период деятельности экспедиции серьезно мешали частые периоды непогоды — туманы, сильные ветры, снегопады. Но это не смущало ее участников, они полагали, что вскоре наступит хорошая погода, которая и обеспечит успех штурма.

В ночь с 14 на 15 июня в лагерь 4 собрались все альпинисты (семь) и девять шерпов, так как наутро все они должны были перебазироваться в лагерь 5. Внизу в лагере оставался только врач Люфт с остальными шерпами.

В середине ночи со склонов пика Ракхиот обрушился ледовый обвал, вызвавший мощную лавину. Огромные массы снега и льда погребли лагерь 4. Погибли все 16 человек.

Разбор происшествия и обследование на месте специально прибывшей туда группой во главе с П. Бауэром так и не смогли установить, почему же лагерь 4 в этом году был перенесен на другое место, тогда как в предшествовавших экспедициях он создавался на совершенно безопасном участке склона.

Но и эта новая большая катастрофа не обескуражила немецких альпинистов. В 1938 г. организуется следующая экспедиция. Во главе ее стал П. Бауэр. К участию в ней были привлечены: Ф. Бехтольд, У. Люфт, Р. Клингеншперг, Г. Ребич, Г. Руте, Л. Шмадерер и С. Цукк. И на этот раз экспедиции мешали периодические ухудшения погоды и снегопады, и все же участники экспедиции продвигались по пути к вершине, вернее пока еще к “Серебряному седлу”. Двойка в составе Ребича и Рутса 24 июля поднялась до высоты 7300 м. На 25 июля намечался штурм. К “Серебряному седлу” вышли Шмадерер, Цукк, Люфт, Ребич и Руте, но, попав в полосу сильной грозы, были вынуждены спуститься. На следующий день, 26 июля, снизу был получен сигнал о приближении муссона. Это заставило всех спуститься в нижние лагеря.

Все же Бауэр не хотел сдаваться. К концу июля погода стала улучшаться. Было решено предпринять еще одну попытку. Пять альпинистов с двумя шерпами и пятью носильщиками-балти 3 августа достигли лагеря 5. Серьезным препятствием на их пути был толстый слой свежевыпавшего снега и снежные бури, начинавшиеся точно по расписанию во второй половине дня. Это и привело к прекращению работы экспедиции.

Итак, четвертая попытка немецких альпинистов добиться победы над Нангапарбат окончилась неудачей. Достижение высоты 7300 м ничего не добавляло к прежним результатам. Но в этой экспедиции не было жертв, а это также могло считаться успехом.

Однако все пережитое не останавливало немецких альпинистов. Они лишь посеяли среди них сомнение, является ли путь через пик Ракхиот лучшим направлением Для штурма вершины? Вспомнили о пути Маммери из Ущелья Диамир.

В результате детальных обсуждений немецкие альпинисты пришли к решению послать небольшую разведывательную экспедицию с задачей изыскания нового, более реального и безопасного пути к вершине. С этими целями и была организована экспедиция 1939 г. Руководителем ее был назначен П. Ауфшнейдер. В группу альпинистов входили Г. Харрер, Г. Лобенхоффер и Л. Хиккен.

Базовый лагерь этой экспедиции был организован 1 июня на высоте 4150 м в живописной местности на северной морене ледника Диамир. Последовавшие затем разведывательные выходы по леднику Диамир (до высоты 5900 м) показали, что путь здесь лавиноопасен. Это подтвердилось и при осмотре склонов с вершины Диамирай (5568 м), куда поднимались участники экспедиции, чтобы наметить другие возможные пути к вершине. Скальное ребро, расположенное северо-восточпее “пути Маммери”, ведущее непосредственно к северной вершине, оказалось сложным и небезопасным в отношении камнепадов. Такое заключение сделали участники, хотя Ауфшнейдер считал этот путь приемлемым.

После восхождения па пик Ганало (6400 м), с которого альпинисты просмотрели все возможные пути к вершине Нангапарбат из ущелья Диамир, задачи, поставленные перед экспедицией в этом районе, считались выполненными. Участники экспедиции перебазировались в район вершины Ракапошн дня разведки путей и к этой вершине.

Упорные попытки восхождений немецких альпинистов на Нангапарбат свидетельствовали, что альпинисты этой страны твердо решили добиться победы над этим гигантом Гималаев.

Чогори не остается без внимания. После итальянской экспедиции 1929 г. никто в течение четырех лет не нарушал покоя второй по высоте вершины мира. Наконец в 1934 г. сюда прибыла швейцарская экспедиция под руководством Г. Диренфурта. По составу она была международной, так как в нее входили представители Швейцарии, Италии и Германии. Альпинистская группа включала Г. Диренфурта, А. Рош, И. Беляева, Г. Эрт Г.Хехта, П. Жиглионе и альпинистку X. Диренфурт.

Эта экспедиция не ставила своей целью штурм Чогори, она решила исследовать верховье ледника Балторо и вершины в районе седла Конвея: Сиа-Кангри и Кангри, а также ледника Гашербрум южный и район Гашербрум I или Хидден-пика (8068 м).

Такие задачи оказались по силам этому составу экспедиции.

В процессе работы участники экспедиции провели все указанные разведки. Открыли возможный путь на Хидден-пик и даже прошли по гребню Урдок до высоты 6200 м. Просмотрели пути восхождений на Гашербрум и Броуд-пик. Наибольшим же их достижением следует считать ряд успешных восхождений на семитысячники в верховьях ледника Балторо.

В массиве Сиа-Кангри альпинисты совершили первовосхождения: 3 августа на Западную вершину (7312 м) поднялись Г. Диренфурт, X. Дирепфурт, Г. Эртль, А. Хехт; 10 августа на Среднюю вершину (7315 м) — И. Беляев, А. Рош, П. Жиглионе; 12 августа на Главную вершину (7422 м) — Г. Эртль и А. Хехт. Они же вместе с носильщиком Хакимбеком 12 августа покорили Восточную вершину (7310 м).

В массиве Балторо-Кангри И. Беляев, П. Жиглионе, А. Рош совершили первовосхождение на Восточную вершину (7260 м).

Вклад этой экспедиции в исследования Каракорума значителен. Вернулась экспедиция с богатыми материалами по исследованиям его ледников, хребтов и вершин.

За широкое и полезное исследование в Гималаях (1930 г.) и в Каракоруме, а также за восхождения на их вершины (1934 г.) Г. и X. Диренфурт были удостоены золотых олимпийских медалей на Олимпийских играх 1936 г. в Берлине.

Материалы, собранные швейцарской экспедицией 1934 г. о центральной части Каракорума, оказали впоследствии несомненную помощь ученым и альпинистам при дальнейшем освоении этого района.

Продолжалось проведение экспедиций в Каракорум и в последующие годы. Они ставили перед собой различные задачи: одни — только исследовательские, другие — альпинистские, но все они делали вклад в изучение этой горной системы.

Так, в 1935 г. в Каракоруме проводилась экспедиция индийских топографов под руководством Мухамеда Аркмана, основной задачей которой была топографическая съемка отдельных районов Каракорума. И в том же году здесь была альпинистская экспедиция английских восходителей, возглавлявшаяся Д. Уоллером и включавшая Карслоу, Бродерхуда и Д. Ханта. Ее целью было восхождение на пик К36 — вершину Балторо-Кангри (7620 м).

В 1937 г. действовала английская экспедиция, возглавляемая Э. Шиптоном, которая также не ставила перед собой задачу восхождения на высочайшие вершины Каракорума. Она провела широкие исследования центральной части этой горной системы.

Экспедиции 1934—1937 гг. явились своеобразной прелюдией к более решительному наступлению на Чогори. С такими задачами в 1938 г. прибыла к подножию этого великана американская экспедиция во главе с Ч. Хоустоном. В ее составе были Р. Бурдсел (восходитель на Минья-Гонкар в 1932 г.), Р. Бейтс, В. Хаус и П. Петцольд, им помогали 6 лучших шерпов во главе с Пазангом Кикули.

Прибыв в верховья ледника Балторо, участники экспедиции пытались найти новый, как они выражались, более рациональный путь к вершине. Потратив на поиски неоправданно много времени, Хоустон и Хаус прошли маршрут к западному гребню Чогори, так называемому Савойскому седлу. Путь здесь оказался сложным, и они поняли, что он потребует больших усилий и значительного времени. Затем был обследован путь через перевал Скайянг-ла. По и этот путь оказался малоприемлемым. Тогда двое участников экспедиции (Петцольд и Хаус) поднялись на один из взлетов северного гребня вершины Броуд-пика и оттуда просмотрели восточные склоны Чогори. Почти все эти пути разведывали экспедиции 1902 и 1909 гг. и приходили к тем же выводам. Все это уменьшало и без того ограниченный срок возможной деятельности экспедиции.

В конце концов американцы вернулись к ребру Абруццкого. Первой по этому пути вышла двойка в составе Хоустона и Хауса. Они поднялись на гребень и через 400 м нашли следы экспедиции 1909 г. Хоустону и Хаусу казалось, что ребро проходимо, но здесь они не нашли достаточно удобных мест для создания высотных лагерей.

После разведывательных выходов была предпринята попытка штурма по второму западному отрогу юго-восточного ребра массива в направлении “Шпоры” Чогори — вершины 7740 м. Здесь альпинисты и шерпы шли безостановочно, а тяжело нагруженные носилыцики-балти идти не смогли. Дальнейший подъем продолжался без них. На высоте около 7000 м встретились серьезные трудности, которые вынудили альпинистов повернуть обратно. И снова американцы начали искать другой путь. Они предприняли попытку подняться по одному из юго-восточных ребер к вершине 6821 м в северо-восточном гребне Чогори. Однако и эта разведка не дала результата.

Только после многочисленных попыток, отнявших у участников экспедиции много сил и времени, они наконец решили штурмовать вершину по ребру Абруццкого.

Выход состоялся 1 июля. Сложность пути и периодическая непогода замедляли движение к вершине. Наиболее труднопроходимым оказался 45-метровый камин, залитый льдом. Его прохождение заняло 4 часа напряженного лазания. Продолжая упорно подниматься, альпинисты достигли высоты 7740 м. Отсюда открылась величественная панорама. Совсем рядом поднимался трехглавый Броуд-пик, за ним — зубчатый гребень и гордая пирамида Хидден-пика, па юге, в высоком западном отроге хребта Каракорум, — целый ряд красивых вершин: Чоголиза (7654 м), Машербрум (7821 м) и другие. А на юго-востоке в голубой дали высилась суровая Нангапарбат.

Хоустон и Петцольд понимали, что вершины они не достигнут. Слишком много времени потрачено, чтобы добраться до высоты 7900 м. Приближался муссон. Пришлось принять решение о прекращении штурма и свертывании экспедиции.

Анализируя деятельность экспедиции 1938 г. можно сказать, что у ее участников была реальная возможность покорить Чогори, по они напрасно потеряли почти три недели па дополнительную разведку других путей к вершине. В печати широко обсуждались действия экспедиции. Некоторые считали, что Хоустон допустил ошибку, пытаясь нащупать “какие-то другие пути, тогда как реальный путь был четко известен и нельзя было терять время на поиски более лучших путей”.

На наш взгляд, каждая экспедиция вправе строить свою деятельность в соответствии с задачами, намеченными планами и опытом участников экспедиции. Если бы хотя бы один из разведанных альпинистами маршрутов к вершине привел их к цели, то никто не предъявил бы претензий к составу экспедиции или ее руководителю.

Итак, экспедиция 1938 г. не привела к победе над Чогори. Но американские альпинисты не отказались от своих стремлений покорить вершину и в 1939 г. вновь прибыли в этот район с теми же задачами.

Возглавил эту экспедицию Ф. Висснер, американец немецкого происхождения (участник немецкой экспедиции на Нангапарбат в 1932 г.). В группу альпинистов входили: Ч. Кренмер, И. Кромвелл, Д. Дюранс, Д. Шелдон и Д. Вольф. Вместе с ними были девять лучших шерпов и среди них особенно опытные Пазанг Дава-Лама, Пазанг Кикули, Пазанг Китар и Дава-Тхондуп.

Экспедиция прибыла в район Чогори 31 мая. Учитывая предшествующий опыт, маршрут восхождения был избран по юго-восточному ребру (ребро Абруццкого). Сразу же началась энергичная организация промежуточных лагерей, несмотря на частое ухудшение погоды. К 5 июля было создано шесть лагерей. Подошло время штурма. Но к этому времени выбыли из строя три альпиниста: Кренмер — из-за болезни сердца, Дюрранс — из-за того, что не выносил высоты, Шелдон — из-за обморожений. В строю действующих остались только Висснер и Вольф. Эта двойка в сопровождении шерпов Пазанга Кикули, Пазанга Дава-Ламы, Пазанга Китара, Дава-Тхондупа и Норбу 13 июля вышли из лагеря 6 и к концу дня организовали лагерь 7 на высоте 7530 м. На следующий день, 14 июля, Висснер и Вольф с шерпами Пазангом Кикули, Дава-Тхондупом и Пазангом Дава-Ламой создали лагерь 8. К сожалению, этот лагерь не удалось поднять достаточно высоко, как это планировалось. Вследствие неблагоприятной снежной обстановки штурмовой группе пришлось остановиться на высоте 7711 м, вблизи плеча Чогори (7740 м).

Наутро 15 июля штурмовая группа намечала дальнейший подъем к вершине. Висснер, Вольф и Пазанг Дава-Лама деятельно готовились к выходу. Утро выдалось великолепным. На небе ни облачка. Незначительный ветерок не мешал штурму. Все вселяло надежду на успех.

С огромной высоты, где находились участники восхождения, были хорошо видны хребты и вершины западной части Каракорума и восточной части Гиндукуша. К северу от них вставали за синеющей дымкой белоснежные хребты Памира. На севере и северо-востоке высились хребты Куньлуня, уходящие далеко на восток. А на юго-востоке гигантской грядой простирались Гималаи. Затерявшейся в нагромождении высоких хребтов и вершин маленькой группе альпинистов порой казалось, что бесконечные хребты покрывают всю поверхность Земли. Панорамы гор приковывали их внимание, но время торопило. Впереди — наиболее сложная часть штурма. До вершины оставалось ровно 900 м. Пройти их за один день альпинистам было не под силу. Необходим был еще один промежуточный лагерь. Это усложняло задачу штурма. К тому же неожиданно начался снегопад.

Только через два дня, 18 июля, можно было продолжать движение к вершине. Путь оказался тяжелым и утомительным из-за глубокого слоя снега. Уже вскоре после выхода Вольф почувствовал себя настолько усталым, что был вынужден вернуться в лагерь 8. Штурм продолжали Висснер и Пазанг Дава-Лама. Шли они дальше почти безостановочно, но высоту набирали медленно. К концу дня они достигли 7940 м, набрав за день всего несколько более 200 м. Здесь в маленькой палатке Висснер и Пазанг Дава-Лама устроили лагерь 9 и приняли решение наутро штурмовать вершину, хотя до нее оставалось почти 700 м.

Утром 19 июля продвижение к вершине началось достаточно успешно, хотя путь шел по труднопроходимому скальному юго-восточному ребру. Он еще более усложнился, когда двойка достигла крутого участка красноватых скал на высоте 8180 м. Отсюда Висснер выбрал путь по темной скальной стене западного ребра. Высота набиралась с большим трудом. К 18 часам 30 минутам они были, по оценке Висснера, на высоте 8382 м. До вершины оставалось еще 250 м по высоте. По настоянию Пазанга в связи с поздним временем подъем пришлось прекратить. В лагерь 9 они вернулись уже в темноте. Утром Висснер намеревался повторить штурм. Но выяснилось, что у них почти нет продуктов, и они решили спуститься в лагерь 8 для пополнения запасов питания.

Когда Висснер и Пазанг Дава-Лама спустились в лагерь 8, Вольф, находившийся здесь уже пятый день, чувствовал себя серьезно больным. Пазангу показалось странным, что, несмотря на состояние товарища, Висснер все же решил повторить штурм; 21 июля Висснер и Пазанг Дава-Лама вновь вышли к вершине. Погода стояла отличная. Достигнув красноватых скал, Висснер выбрал иной путь Дальнейшего подъема — не по скальной стене ребра, а по широкому кулуару восточное гребня ребра. К этому кулуару вел путь через ледовый камин. В кулуаре фирн оказался оледенелым, и потребовалась рубка ступеней. Понимая трудность такой задачи, Висснер вынужден был принять решение о прекращении восхождения. На этом, собственно, и закончился штурм Чогори американскими альпинистами в 1939 г. Но не кончилась неприглядная история этой экспедиции.

После второй неудавшейся попытки Висснер вновь решил выходить на штурм вершины. Спустившись в лагерь 8 для пополнения запасов продуктов, он увидел, что Вольф чувствует себя еще хуже. К тому же Вольф сообщил, что за время их отсутствия к нему никто не поднимался' и никаких запасов нет. Тогда Висснер решил спуститься в лагерь 7 (7530 м), где еще 14 июля был оставлен значительный запас продуктов и снаряжения. В тот же день они вместе с больным Вольфом спустились в лагерь 7. Но здесь их ждала еще большая неожиданность — лагерь был эвакуирован. Оставшись с одним спальным мешком (второй был потерян при срыве на подходе к лагерю) и одним надувным матрацем на троих, они с трудом провели ночь в палатке этого лагеря. Висснер, еще не теряя надежды на возможность повторения штурма, спустился с Пазангом в лагерь 6, оставив Вольфа в лагере 7. Но пополнить запасы и здесь не удалось. Этот лагерь также оказался эвакуированным. Тогда Висснер с Пазангом продолжили спуск, и на месте каждого очередного лагеря они находили пустое место. Базового лагеря они достигли 24 июля. Наконец все выяснилось — их считали погибшими и эвакуировали все лагеря.

Висснеру и всем остальным стало ясно, что ни о каком повторном штурме не может быть и речи. Единственное необходимостью оставалось срочно выходить в лагерь я для спуска больного Вольфа. Первая такая попытка предпринималась 26 июля. Тогда наверх вышел Дюран с тремя шерпами, но уже из лагеря 4 он вернулся больным. Шерпы Пазанг Кикули и Анг-Тсеринг со спальными-мешками за один день поднялись до лагеря 6, захватив с собой по пути Пиптсо и Пазанга Китара из лагеря 4, куда те пришли с Дюрансом. Утром 29 июля Пазанг Кикули, Пазанг Китар и Пинтсо поднялись в лагерь 7, к Вольфу. Они нашли его совершенно больным и ослабевшим. На предложение о спуске Вольф ответил отказом. Но потом сказал, чтобы за ним пришли завтра. Шерпы, накормив Вольфа и оставив ему теплое снаряжение, спустились в лагерь 6, где были их спальные мешки.

На следующий день разразилась непогода. Все же трое шерпов 31 июля вышли к Вольфу и... не вернулись.

Возвратившийся в базовый лагерь 2 августа, Анг-Тсеринг рассказал о случившемся. Висснер, еще полубольной, вместе с Дава-Тхондупом и Анг-Тсерингом пытались наутро выйти к Вольфу. Но их сил хватило только до лагеря 2. В ночь на 3 августа разразилась снежная буря, бушевавшая трое суток. На этом кончились попытки спасти Вольфа и троих шерпов.

В чем же причины неудачи экспедиции 1939 г.?

Безусловно, большая часть вины за случившееся лежит на Висснере. Он, руководитель и опытный гималаец, выехал на Чогори с такой слабой группой. После первого периода подготовки и организации шести высотных лагерей у участников экспедиции не оставалось сил для штурма Когда же вышел из строя и Вольф, то продолжать штурм было недопустимо, а стремление к повторным штурмам вершины выглядело безумием. Да и другие участники сделали немало непростительных ошибок. Особенно ярко это проявилось на последнем этапе действий экспедиции. Так, 21 июля Висснер пытается повторить штурм, но опять безрезультатно, а еще 18 июля Дюранс дает указание шерпам снять все высотные лагеря и этим ставит трех находящихся наверху людей (Висснера, Вольфа, Пазанга Дава-Ламу) в тяжелое положение.

Подобная организационная несогласованность явилась следствием безответственности указанных участников экспедиции.

В 1936 г. в Каракоруме действовала экспедиция французских альпинистов во главе с Анри де Сегонь. Объектом их восхождения была вторая по высоте вершина этой горной системы, еще в 1892 г. названная Л. Конвоем Хидден-пиком (8068 м). Эта вершина не раз привлекала внимание многих альпинистских экспедиций (в 1902 1922 и 1926 гг.), но все они лишь отметили этот пик как возможный для восхождений.

Объединенная экспедиция 1934 г., руководимая Г. Диренфуртом, провела разведку подходов к пику и попыталась пройти часть пути. Группа участников экспедиции поднялась по ребру соседней вершины (Урдок) до высоты 6200 м. В результате разведки была установлена реальность восхождения на Хидден-пик по этому пути.

Французская экспедиция 1936 г. ставила уже конкретную задачу — покорить Хидден-пик. В альпинистскую группу вошли: Ж. Арлод, М. Ишак, П. Аллеи, Ж. Карле, Ж. Шариньон, Ж. Дюдон и Ж. Лейнинже. Слабыми сторонами этой экспедиции было отсутствие у ее участников опыта проведения подобных экспедиций, а также чрезмерное количество грузов (около 14 т). Для его транспортировки к Хидден-пику потребовалось 800 носильщиков. Это привело к организации громоздкого каравана, лишившего экспедицию оперативности и замедлившего ее продвижение к цели.

Базовый лагерь был организован на высоте 4950 м, в том месте, где ледник Абруццкого переходит в ледник Балторо. Путь к вершине был выбран не по ребру вершины Урдок, по которому частично проходили участники экспедиции 1934 г., а по юго-западному ребру через “Шпору” (7069 м) и далее через вершину 7504 м и предвершину 7784 м к Главной вершине.

Путь этот оказался весьма сложным и потребовал много времени для его прохождения. В результате лагерь 5 (6800 м) удалось создать только к 19 июня. В дальнейшем предполагалось установить лагерь 6 вблизи “Шпоры” и отсюда начинать продвижение к вершине.

Однако этот план не удался. Разразившийся в ночь на 20 июня снежный буран надолго задержал участников штурма в палатках. Да и после бурана то густые облака, то туман не давали возможности альпинистам выйти к вершине. В довершение всего сошедшая 1 июля лавина чуть было не снесла лагерь штурмовой группы.

Сложившаяся обстановка заставила руководство экспедиции прекратить штурм. Спуск в усложненных условиях потребовал от альпинистов больших усилий. Глубокий слой свежевыпавшего снега грозил лавинами. Было очень холодно.

Уходя из района, французские восходители с большим сожалением посматривали на появлявшуюся иногда в разрывах облаков вершину Хидден-пик, к которой они так стремились.

Канченджанга во второй половине тридцатых годов как-то осталась в стороне от внимания альпинистов. Хотя здесь побывали три экспедиции немецких альпинистов и одна английская, но каждая из них включала лишь небольшую группу альпинистов, которые не ставили задачу штурма восьмитысячника. Целью их было дальнейшее изучение района и восхождение на менее высокие вершины.

Так, немецкой группой во главе с П. Бауэром предпринималась попытка восхождения на вершину Туинс (Близнецы) — 7350 м. Однако глубокий лавиноопасный снег заставил ее вернуться с высоты 6400 м. Пыталась совершить восхождение на ту же вершину и группа немецких альпинистов во главе с Л. Шмадерером в 1937 г. Те же трудности — глубокий снег и лавиноопасность заставили их отступить с высоты 6350 м.

Некоторые альпинисты предполагали, что стремление немецких восходителей на Туинс рассматривалось не как простое восхождение на семитысячник, а как разведка возможных путей через него на Канченджангу, что не лишено основания.

В том же году осенью в районе ледника Зему была группа английских альпинистов в составе Ч. Кука, Д. Ханта и миссис Хант. Они вместе с известными шерпами Пазангом Кикули и Дава-Тхондупом пытались подняться на северное седло Канченджанги со стороны ледника Зему. Но из-за глубокого снега смогли достигнуть лишь высоты 6600 м, не дойдя до высшей точки перевала всего 300 м.

Последней в этом районе в те годы была немецкая группа — та же, что и в 1937 г. (Л. Шмадерер, Г. Пайдар и Э. Гроб). Па этот раз им удалось совершить восхождение на Тент-пик (7365 м). Пытались они укротить и непокорный Туинс, но рано наступивший муссон не позволил выполнить этого намерения.

Все эти группы действовали из верховьев ледника Зему.

Несмотря на большие усилия, альпинистам ряда стран так и не удалось к сороковым годам добиться победы ни над одним из гигантов гор. За истекшие почти 50 лет начиная с первого знакомства альпинистов с восьмитысячниками проводилось более 40 экспедиций разведывательных, исследовательских и альпинистских. Половину их организовали английские горовосходители, значительную часть проводили Германия, Италия и Швейцария. Отдельные экспедиции проводились США и Францией. Из указанных экспедиций 23 ставили перед собой задачу покорить восьмитысячники. Однако это им не удалось.

В то же время следует отметить, что англичане четырежды превышали порог высоты в 8000 м, а дважды (1924 и 1933 гг.) альпинисты этой страны доходили до высоты 8565 м. Американские восходители достигали высоты 8382 м (1939 г.).

Кроме того, в те же годы альпинистами были покорены более 30 семитысячников и среди них Камет (7755 м) и Нандадеви (7816 м).

Число экспедиций и покоренных ими семитысячников, а также большие высоты, достигнутые на восьмитысячниках, свидетельствовали о том, что уже накопился большой опыт в борьбе за высочайшие вершины. Можно было ожидать в ближайшие годы значительного успеха и в покорении восьмитысячников.

Почти каждая экспедиция включала в свой состав группы ученых. В результате Гималаи и Каракорум стали более изученными как географически, так и геологически. Особенности климата и погоды, а также влияние большой высоты на человека стали более понятны исследователям и альпинистам. Все это позволяло надеяться на значительные сдвиги в борьбе за восьмитысячники.

Альпинисты многих стран упорно готовились к расширению наступления на высочайшие вершины. Но началась развязанная немецким фашизмом вторая мировая война.

<< Назад  Далее >>


Вернуться: Рототаев. Покоренные гиганты


Будь на связи

Facebook Delicious StumbleUpon Twitter LinkedIn Reddit

О сайте

Тексты книг о технике туризма, походах, снаряжении, маршрутах, водных путях, горах и пр. Путеводители, карты, туристические справочники и т.д. Активный отдых и туризм за городом и в горах. Cтатьи про снаряжение, путешествия, маршруты.