Изба-читальня - Рототаев. Покоренные гиганты - История повторяется




История повторяется

За десять лет от покорения Аннапурны (3 июня 1950 г.) до победы над Дхаулагири (13 мая 1960 г.) были совершены первовосхождения на 13 из 14 основных высочайших вершин мира.

Говоря об “основных”, мы имеем в виду, что многие из известных восьмитысячников представляют собой не вершины, а горные массивы с несколькими вершинами, высота некоторых из них превышает 8000 м. Такие дополнительные восьмитысячники для восходителей представляются самостоятельными объектами штурма.

Эти успехи показали, что победы альпинистов над восьмитысячниками перешли из области проблем в практику высотного альпинизма. Покорение самого “маленького” из гигантов — Шиша Пангмы (8013 м) не являлось проблемой ни в отношении достигнутых высот, ни в сложности по сравнению с пройденными путями к другим гигантам.

Общеизвестно, что в любой области деятельности человечество, достигнув на определенном этапе развития значительных результатов, не останавливается на этом. Продолжаются поиски новых решений, еще более расширяющих возможности дальнейшего совершенствования.

Начало восхождениям на восьмитысячники по уже пройденным путям положили швейцарские альпинисты. В 1956 г. они успешно выполнили задачу повторного штурма Джомолунгмы по пути первовосходителей с Южного седла. Индийская экспедиция в 1959 г. предприняла попытку восхождения на Джомолунгму. Ее участники достигли высоты 8226 м, и только резко ухудшившаяся погода не дала им возможности завершить штурм. На Чо-Ойю вслед за первовосходителями стремились достичь вершины швейцарцы во главе с Ламбером, но и они должны были отказаться от непосредственного штурма самой вершинной части этого восьмитысячника из-за непогоды.

В 1958 г. весной на Чо-Ойю повторили восхождение индийские альпинисты, а осенью предпринимала попытку восхождения международная женская экспедиция во главе с К. Коган. Через пять лет после победы итальянских восходителей над Чогори (1954 г.) была сделана попытка восхождения по этому же пути участниками совместной экспедиции альпинистов США и ФРГ.

В следующем десятилетии (1961—1970 гг.) проводилось 29 экспедиций. У 11 экспедиций была задача пройти новыми, сложными маршрутами к уже покоренным вершинам; четыре должны были штурмовать еще не побежденные восьмитысячники (две из них закончились победой над Шиша Папгмой и Лхоцзе Восточной).

По путям первовосходителей. В 1961 г. на Макалу выезжала английская экспедиция во главе с Э. Хиллари. Альпинистская группа была достаточно сильной. Да и отряд шерпов подобрался опытный. Маршрут штурма — уже неоднократно апробированный путь через седло Макалу. Известность маршрута, опытность состава экспедиции, ее прекрасное обеспечение — все это обещало успех.

Однако Хиллари и на этот раз не повезло. Уже в лагере 3 (6400 м) с ним произошел легкий инсульт. Заболевшего пришлось срочно транспортировать вниз. Заменивший его врач и альпинист М. Уорд продолжал руководство штурмом. Сначала все шло успешно. После создали лагеря 5 на седле Макалу были установлены лагеря 6 (7900 м) и 7 (8070 м).

Наконец 18 мая новозеландец П. Мальгрю с докторов Невиссоном и шерпом Аннулой вышли на штурм вершины. Поднимались они без кислородных аппаратов. На высоте 8300 м они чувствовали себя достаточно хорошо и считали что оставшиеся до вершины менее 200 м не станут для них непреодолимым препятствием. Но подняться им удалось всего на 50 м. Здесь Мальгрю почувствовал сильные боли в груди. О продолжении штурма не могло быть и речи. Пришлось спускаться и транспортировать заболевшего. Только к вечеру следующего дня им удалось достичь лагеря 7.

Здесь врач определил, что у Мальгрю кровоизлияние в легкие. К тому же он довольно сильно обморозил ноги, него на руках транспортировали до самого базового лагеря.

Но, как говорится, беда не приходит одна. Еще до выхода этой группы на штурм вершины шерп Анг-Темба серьезно повредил коленный сустав, и его пришлось спускать вниз. Во время этой транспортировки заболел воспалением легких врач и руководитель экспедиции М. Уорд. Два дня он лежал с высокой температурой в палатке, пока друзья не потребовали немедленной отправки его вниз.

После всех этих несчастий вопрос о штурме вершины отпал сам собой. Так, не дойдя немногим более 100 м до вершины, была закончена эта экспедиция английских восходителей на Макалу.

Джомолунгма в 1962 г. вновь подверглась атаке со стороны быстро прогрессирующего индийского альпинизма. Экспедицией руководил майор Д. Диас. Она была укомплектована лучшими альпинистами страны. В качестве предварительной тренировки они совершали восхождение на вершину Мана-пика (7272 м). Альпинистам помогал сильный отряд шерпов.

Так же, как и в экспедиции 1959 г., организованно и быстро индийские альпинисты проложили путь до Южного седла и установили промежуточные лагеря. Наконец 28 мая был создан последний лагерь на высоте около 8500 м, но на следующее утро штурмовая группа (М. Кохли, Сонам Гьятсо и Хари Данга) не смогла выйти на штурм вершины — резкий порывистый ветер поднимал со склонов тучи сухого снега, временами начиналась пурга. Альпинисты были вынуждены отсиживаться.

Утром 30 мая, несмотря на продолжавшуюся, но все же значительно стихшую непогоду, штурмовая группа вышла к вершине. Подъем ее сначала проходил весьма успешно. Достаточно быстро набиралась высота. Когда же альпинисты подходили к высоте 8700 м, неожиданно разразилась пурга. Ветер усилился до ураганного. Пришлось прекратить штурм, хотя до вершины оставалось около 150 м. Но и на спуске непогода преследовала их. С большим трудом участники штурмовой группы добрались до лагеря на Южном седле.

Непогода продолжалась несколько дней, и альпинисты вынуждены были спуститься вниз. На атом экспедиция и закончилась.

В том же году предпринималась еще одна попытка покорения Джомолунгмы. В район Кхумбу прибыла небольшая американская экспедиция во главе с В. Сэйром, имевшая разрешение непальского правительства на штурм Къянчунг-Канга (7922 м).

Как выяснилось позднее, она испросила это разрешение, заведомо зная, что на Джомолунгму идет в этом году индийская экспедиция, а другая по правилам, установленным непальским правительством, не может получить разрешение на штурм той же вершины. Но участники американской экспедиции и не собирались штурмовать Къянчунг-Канг, они нацеливались только на Джомолунгму. Немногочисленная группа в составе четырех альпинистов (В. Сэйр, Н. Ханзен, Р. Харт и Г. Дуттле) и нескольких шерпов перешла через перевал Нупла на ледник Ронгбук, распространяя слухи, что направляется к Къянчунг-Кангу.

Как уверял Сэйр, группа поднялась на Северный перевал и даже дошла по северному ребру Джомолунгмы до высоты 7700 м. Отсюда она была вынуждена отступить. В альпинистской печати выражались большие сомнения в правдоподобности таких сообщений. Было известно, что у этой группы был весьма ограниченный запас питания и снаряжения (один ледоруб на четверых), они даже не взяли веревок.

Спуск голодных и травмированных участников этой группы был весьма тяжелым. Сам руководитель, почти ослепший из-за потери очков, падая от изнеможения, неоднократно повторял: “Я проклинаю горы!” А справедливости ради он должен был бы проклинать не горы, а свою авантюрную и нечестную затею.

Из района Кхумбу их эвакуировали вертолетом.

Встреча не состоялась. В 1963 г. внушительную и солидную экспедицию к Джомолунгме провели американские альпинисты, руководимые Н. Диренфуртом. Экспедиция имела широкую программу действий. В нее входил штурм вершины по двум направлениям — по обычному пути через Южное седло и по западному гребню. Особенно интересным в этой программе было то, что две двойки должны были сделать траверс массива Джомолунгмы. Одина из них, поднявшись на вершину по южному гребню с Южного седла, должна была после встречи с другой группой, поднявшейся сюда по западному гребню, спуститься по ее пути, в то время как та группа планировала произвести спуск на Южное седло. В плане действий участников такое восхождение двух двоек именовалось встречным траверсом.

Имея сильный альпинистский состав, располагая большими запасами снаряжения и пользуясь помощью отряда опытных шерпов, американские альпинисты уже к концу апреля закончили прокладку пути и организацию промежуточных лагерей как к Южному седлу, так и к западному гребню. Сразу же после этого по изведанному пути с Южного седла на штурм вершины вышла передовая двойка в составе Д. Уитеккера и шерпа Наванга Гомбу. Погода способствовала штурму этой двойки. Успешно продвигаясь по южному гребню, она 1 мая достигла вершины.

Первая часть плана экспедиции была выполнена. Началась подготовка встречного восхождения двух других двоек, их выход на маршрут и координация движения по пути к вершине для осуществления намеченной встречи на высочайшей вершине мира. Встреча была намечена на 22 мая.

Погода способствовала штурму. “Южная” двойка в составе Б. Бишопа и Л. Джерстеда успешно продвигалась по южному гребню с использованием промежуточного лагеря и 22 мая в 13 часов 30 минут была на вершине. Времени до встречи, назначенной примерно на 15 часов, у нее было достаточно. Восходители продолжительное время любовались открывшейся панорамой гор. Потом они все чаще и чаще стали посматривать на западный гребень вершины, по там никого не было видно. К 17 часам их охватило беспокойство за товарищей, да и самим нужно было успеть засветло спуститься па Южное седло.

По западная двойка все же вышла на вершину. Ее задержали непредвиденные трудности пути. Однако Т. Хорнбейн и В. Ансольд поднялись на Джомолунгму только в 18 часов 15 минут. Товарищей их здесь уже не было. Приближалась ночь, и они тоже спустились на Южное седло.

План экспедиции в основном был выполнен. Не удалась только встреча на вершине. Но достижение американских альпинистов следует считать отличным. Пройден новый путь по западному гребню, сделан первый траверс массива. Еще шесть спортсменов стали покорителями высочайшей вершины мира. То была четвертая победа над Джомолунгмой.

Как уже говорилось, в 1959 и 1962 гг. штурмовые группы индийских альпинистов отступили за 150—200 м от вершины Джомолунгмы. В 1965 г. проводилась третья индийская экспедиция на Джомолунгму. Руководил ею Гьян Синг.

Эта экспедиция готовилась широко и фундаментально. Большая часть снаряжения и оборудования была изготовлена индийскими предприятиями. За рубежом пришлось закупить лишь кислородную аппаратуру, газовые кухни с жидким бутаном и специальные горные ботинки.

Выезд участников экспедиции из Дели был ранним — 22 февраля. Ровно через месяц, 22 марта, мощный караван экспедиции, состоявший из ее основного и вспомогательного состава, а также 800 носильщиков, прибыл на место базового лагеря на леднике Кхумбу па высоте 5400 м.

Продвижение к Южному седлу шло успешно. Всего за четыре дня передовые группы преодолели ледопад. В течение недели был оборудован передовой базовый лагерь в Западном цирке на высоте 6400 м, и в пего перенесли многочисленные грузы для последующих лагерей. Затем был создан лагерь 3 (3900 м) под склоном Лхоцзе.

Значительным препятствием на пути к Южному седлу был крутой склон Лхоцзе с перепадом высот в 1000 м. По всему этому склону в направлении к седлу были натянуты веревочные перила для облегчения передвижения высотных носильщиков и обеспечения их безопасности.

Первая группа поднялась на Южное седло уже 16 апреля. В течение последующей недели сюда было доставлено все необходимое для штурма. К 25 апреля, раньше чем в любой другой экспедиции, все было подготовлено для решительного штурма Джомолунгмы. По плану в первую штурмовую группу входили Н. Гомбу, А. Чеема, Сопам Гьятсо и Сонам Вангиал. В подстраховывающую группу включили М. Кохлу и Гурдиала Сингха, но и они были готовы к штурму. Но снова на пути индийских альпинистов встала непогода.

Уже на Южном седле, как только поднялись туда первые группы восходителей, их встретили яростные порывы ветра. Два дня альпинисты не выходили из палаток в ожидании улучшения погоды. Но с 30 апреля разыгралась жестокая пурга. Снова, как и в двух предшествующих экспедициях, альпинистам пришлось отступить перед разбушевавшейся стихиен.

Но на этот раз экспедиция не была свернута. Восходители были уверены, что это временное ухудшение погоды. Однако “временное” ухудшение затянулось надолго. Только во второй декаде мая служба прогнозов индийского радио сообщила об ожидаемом улучшении погоды.

Первая штурмовая группа в составе Гомбу и Чеема покинула базовый лагерь 16 мая, направляясь к Южному седлу, а через два дня они уже вышли на штурм вершины. Это утро было удивительно спокойным и безоблачным. Но продвижение шло медленно — мешал значительный слой свежевыпавшего снега, в котором на отдельных участках восходители увязали по колена. Особенно много труда пришлось затратить на установку палатки бивака на высоте 8400 м. Через коротковолновый передатчик они сообщили нижним лагерям, что у них все хорошо и что они собираются утром выйти к вершине.

За ночь участники штурма хорошо отдохнули, установив подачу кислорода 1 л в минуту. Проснулись в 3 часа и вскоре сообщили по радио товарищам, что они выходят на штурм вершины.

Погода утром была по-прежнему хорошая. Казалось, что природа, встававшая трижды на их пути, теперь достаточно испытала стойкость восходителей Индии и решила благоприятствовать штурму.

В это время во всех лагерях альпинисты и шерпы с волнением всматривались в вершинную часть Джомолунгмы. Наконец в 7 часов 30 минут штурмующая двойка была обнаружена в районе поднятия гребня, названного англичанами Южной вершиной. Погода оставалась прекрасной. Наблюдающие не спускали глаз с медленно передвигающихся двух темных точек.

Продолжая продвижение по предвершинному гребню, участники штурма приближались к вершине. Вот и высшая точка Джомолунгмы. Остановились примерно в 3 м от вершины, несмотря на страстное желание поскорее вступить па ту точку, к которой они так долго и упорно стремились. Стараясь внешне быть спокойными, они сняли со своих спин изрядно надоевшие грузы и обнявшись вместе взошли на вершину.

Здесь восходители провели около получаса, любуясь открывшимися картинами Гималаев.

В тот памятный момент они еще не могли оценить своего успеха. Даже Гомбу, ставший единственным человеком в мире, побывавшим дважды на высочайшей вершине мира (первый раз в 1963 г. с американской экспедицией), не осознавал этого.

Чеема впоследствии говорил: “На высоте 8800 м трудно было думать и что-то чувствовать, кроме стремления спуститься вниз, в безопасность”.

Обратный путь им дался нелегко. Поднялся сильный, порывистый ветер, временами достигая такой силы, что на отдельных участках гребня восходителям приходилось передвигаться на четвереньках, чтобы не быть сброшенными вниз.

Через два дня по пути первой двойки на вершину вступила следующая в составе Сонама Гьятсо и Сонама Вангиала. Они вышли из верхнего штурмового лагеря в 6 часов утра и вступили на вершину ровно в полдень, увеличив число победителей до четырех.

Экспедиция продолжала действовать с точностью часового механизма. Еще через два дня (24 мая) на штурм вершины отправляется следующая двойка — К. Вохра и Анг-Ками. Они также успешно достигают вершины, доводя число ее покорителей из состава экспедиции до шести. Такого успеха достигла только американская экспедиция 1963 г.

Воодушевленная успехом, индийская экспедиция не собиралась прекращать своей деятельности. К выходу на штурм готовилась еще одна группа восходителей в составе пяти альпинистов: X. Ахлу (Валия), X. Равата, X. Бахугупа, Б. Сингха и Пху Дорьи. Но погода ухудшилась. Ветер усилился до ураганного. О выходе к вершине в таких условиях не могло быть и речи.

Вероятно, любая другая экспедиция на этом и закончила бы свою деятельность. Победа, и большая, молодого индийского альпинизма одержана. Но у руководителей экспедиции и ее участников хватило мужества и мастерства не только на тройную победу. Показали они и завидную выдержку, решив не отступать и дождаться улучшения погоды.

К сожалению, им не удалось сохранить боеспособность всех участников штурмовой пятерки. Б. Сингх заболел во время подъема к Южному седлу и был вынужден вернуться. Перед самым выходом на штурм почувствовал недомогание и Харш Бахугуна. В результате из пяти участников штурма осталось трое. Но, несмотря на это, сигнала к свертыванию экспедиции не было. 28 мая они вышли на штурм вершины. Путь был сложным из-за свежевыпавшего снега. Ветер, хотя и не сильный, но порывистый, бросал им в лицо пригоршни сухого и колючего снега, затруднял выбор пути.

И все же люди оказались сильнее стихии. В 10 часов 15 минут X. Ахлу (Валия), X. Рават и Пху-Дорьа стояли на вершине. Ветер внезапно стих, и перед победителями открылись грандиозные картины гор, покрытых свежим снегом. Индийские альпинисты первыми из всех восходителей на высочайшую вершину Земли (а их до этого было уже 21) с аппетитом напились горячего кофе из термоса и даже закусили.

Затем начали спуск. Они уже миновали высоту 8700 м, когда вновь поднялся холодный и порывистый ветер. Но он уже не мог помешать восходителям, воодушевленным победой и скорой встречей с друзьями, закончить спуск к Южному седлу.

Итак, третья индийская экспедиция на Джомолунгму добилась выдающегося успеха. Девять ее участников побывали на вершине мира. Для многих победа индийского альпинизма была неожиданной. Сами же индийцы расценивают это как закономерность в развитии своей страны, освободившейся от многовекового гнета колонизаторов и строящей новую жизнь.

Выдающийся деятель Индии и большой друг альпинистов Джавахарлал Неру говорил тогда: “Очарование Гималаев распространяется сейчас по всей Индии среди молодежи, и это признак и символ новой жизни и нового духа, который течет по жилам Индии...”; “Гималаи близки к нам не только по расстоянию, но и по духу. Они часть нашей истории и традиций, наших мыслей и нашей поэзии. Мы почитали и боготворили их. Они в нашей крови, они часть нашего существа”.

Дебют альпинистов Чехословакии. С 1953 г. никто не решался повторить восхождение Буля на Нангапарбат из ущелья Ракхиот. Только в 1969 г. здесь появились чехословацкие альпинисты. Руководил ими известный альпинист Чехословакии Иван Галфи. Они планировали совершить восхождение с ледника Ракхиот по пути экспедиции 1953 г., т. е. по пути Г. Буля.

Энергично развернув подготовку пути и заброску промежуточных лагерей, участники экспедиции поднялись на гребень хребта между пиком Ракхиот и “Серебряным седлом” и организовали лагерь на высоте около 7000 м. Это был уже первый успех. Он воодушевил восходителей. Подходило время штурма. Однако суровая Нангапарбат вдруг обрушилась на альпинистов такой непогодой, что пришлось свертывать экспедицию.

Но восходители Чехословакии не пали духом. В 1971 г. проводится повторная экспедиция к Нангапарбат с еще большим стремлением добиться победы над упорно сопротивлявшимся гигантом.

Альпинистская группа состояла из 16 участников. В нее входили не только участвовавшие в попытке штурма этой вершины в 1969 г., но и ряд других альпинистов, получивших опыт высотных восхождений на Памире и в Гималаях. Критерием отбора участников планируемого штурма, как говорил позднее Иван Галфи, было не только индивидуальное мастерство и опыт, но и моральные и волевые качества. Учитывались и такие черты характера, как уживчивость в коллективе, чувство юмора и другие. Из всей группы самому молодому участнику было 27, а самому старшему — 58 лет. Большинство же было в возрасте от 30 до 40 лет. По мнению Галфи, это возраст альпинистской зрелости. Семь из участников были работниками спасательной службы в Татрах.

Путь штурма вершины планировался по тому же маршруту, что и в первой экспедиции: ледник Ракхиот — северное ребро Ракхиот-пика — гребень хребта по направлению к “Серебряному седлу” — предвершина — вершина Нангапарбат. До подножия “седла” этот путь был хорошо изучен в 1969 г.

Собравшись в базовом лагере, участники экспедиции энергично начали акклиматизационные выходы и прокладку пути к вершине. Промежуточные лагеря были организованы на таких высотах: 1-й — 4700 м, 2-й — 5300 м, 3-й — 6120 м, 4-й — 6690 м и 5-й — 6950 м. Деятельно помогали альпинистам шесть высотных носильщиков.

Ряд восхождений на окружающие вершины — Хонгра-пик, Ракхиот-пик и другие, а также большая работа по заброске промежуточных лагерей и прокладке пути штурма позволили альпинистам хорошо акклиматизироваться. Поэтому казалось возможным организовать штурм вершины без кислородных аппаратов.

Неожиданным для альпинистов явилось большое количество брошенного снаряжения и имущества (“целые склады”, по выражению участников) на пути штурма. Это напоминало о неудачах и поспешных отступлениях предшествующих экспедиций, встретивших на путях восхождений жестокий отпор со стороны неприветливой Нангапарбат.

Лагерь под “Серебряным седлом” являлся штурмовым, из него должны были совершаться выходы к вершине.

Непосредственный штурм был организован с большим запасом надежности. На “Серебряное седло” и даже до предвершины штурмовая двойка выходила в сопровождении вспомогательных групп.

Усилия участников экспедиции принесли желанный успех — 11 июля 1971 г. Нангапарбат была побеждена. На вершину поднялась штурмовая группа в составе Ивана Фиалы и Михаила Оролина. Этим “дебютом” чехословацкие альпинисты вошли в число покорителей высочайших вершин мира.

В 1970 г. проводились и другие повторные восхождения на уже покоренные ранее восьмитысячники.

Малозаметно прошло восхождение участников британской армейской экспедиции на Аннапурну в 1970 г. На штурм они вышли по пути первовосходителей лишь с некоторыми изменениями для обхода лавиноопасных участков.

Штурм предприняли 20 мая М. Дай и Д. Эванс при хорошей погоде, но при 26° мороза. Они достигли вершины и стали вторыми ее победителями.

При спуске погода им не благоприятствовала — неожиданно налетела пурга, видимость резко сократилась. Недалеко от лагеря 2 победители Аннапурны провалились в ледовую трещину. Но удача не изменила им: отделавшись легкими травмами, они без посторонней помощи выбрались из трещины и достигли лагеря 2.

Наиболее внушительной по масштабам и задачам была японская экспедиция на Джомолунгму в 1970 г. В ее составе было 39 человек: 23 альпиниста, 7 ученых и врачей, 9 корреспондентов и кинооператоров. В помощь им был создан сильный отряд из 45 шерпов. Многочисленное имущество экспедиции весом 32 т перебрасывалось частично самолетом, а частично носильщиками.

Обеспечение экспедиции было отличным. Снаряжение высокого качества было изготовлено на отечественных предприятиях. Только кислородные баллоны закупались во Франции.

Среди предметов снаряжения и имущества следует отметить алюминиевые четырехместные палатки, 20-метровую металлическую лестницу, специальные жилеты, шлемы с вмонтированными в них средствами радиосвязи и многое другое.

Руководителю экспедиции Сабуро Матсуката было 70 лет. В возрасте 50 лет он совершил восхождение на Монте-Розу в Альпах.

Обширные масштабы экспедиции соответствовали ее целям. Задача первой группы — восхождение на Джомолунгму с Южного седла по пути первовосходителей; вторая группа помимо восхождения на вершину должна была спуститься с вершины на лыжах; задача третьей, пожалуй наиболее квалифицированной, группы — совершить штурм юго-западной стены Джомолунгмы.

Участники всей экспедиции прибыли в Катманду 15 февраля. На пути к цели они останавливались на своей передовой базе на высоте 3800 м. Здесь был проведен акклиматизационно-тренировочный сбор, во время которого широко обследовали район восхождения: совершались подъемы на менее высокие вершины в окружающих отрогах. Затем альпинисты заняли основную базу на высоте 5350 м, и началась подготовка пути и заброска промежуточных лагерей. Всего на пути к вершине их было создано шесть: 1-й — 6100 м, 2-й — 6450 м, 3-й — 6930 м, 4-й — 7450 м, 5-й — 7985 м и 6-й — 8513 м. Подготовка лагерей была закопчена к концу первой декады мая. К этому времени уточнились и задачи экспедиции: группа, нацеленная на юго-западную стену, отказалась от штурма из-за неблагоприятного состояния стены; горнолыжная группа отказалась от восхождения на вершину и спуска с нее на лыжах, ограничившись подготовкой к спуску на лыжах с Южного седла. Теперь к штурму готовилась только одна группа, задачей которой было восхождение на Джомолунгму с Южного седла.

Штурм первой двойки в составе Т. Матсура и Н. Уемура начался 11 мая из лагеря 6 (8513 м) в 6 часов утра. Погода стояла хорошая: небо ясное, ветер слабый, температура — —20°. Уемура и Матсура поднимались довольно быстро. Способствовал этому плотный фирн, лишь на отдельных участках рыхлого снега движение их замедлялось. И все же тренированные участники штурма достигли вершины всего за 3 часа 10 минут.

О первых впечатлениях пребывания на вершине Матсура впоследствии рассказывал так.

“Сразу же по достижении вершины никаких мыслей и чувств не ощущалось — и тело и душу сковывала страшная усталость. Даже зрение смутно воспринимало неописуемую красоту и грандиозность гор вокруг пас и темно-синий купол неба над нами. Первой сознательной мыслью было то, что мы не связаны. Быстро размотав веревку, мы связались. Заметили, что под вершиной лежит кислородный баллон английского производства. Ничего другого на вершине мы не обнаружили. Нам мешали маски, но мы сжимали друг друга в объятиях, наслаждаясь победой.

Только после этого мы успокоились и спокойно осмотрелись. Нам открылась невиданная красота, равной которой невозможно наблюдать ни с какой другой точки Земли. Мы были выше всех окружающих нас вершин. Почти безмолвно впитывали мы эту незабываемую красоту в продолжение целого часа...”

На следующий день, 12 мая 1970 г., еще одна группа экспедиции покорила вершину. То были К. Хирабаяси и шерп Чотаре.

По возвращении в лагерь на Южном седле Хирабаяси так же восторженно, как и Матсура, рассказывал о своих впечатлениях по достижении вершины.

“Вот мой маленький спутник, — представлял он шерпа. — Он страшно вынослив, всегда весел и исключительно подвижен. Он вел себя героем. В каждую минуту штурма рвался вперед. С таким спутником нельзя было не победить вершины...”

Четверо участников японской экспедиции стали победителями.

Небезынтересно заметить, что до 1970 г. Джомолунгму стремились покорить 27 экспедиций, в которых приняло участие около 300 восходителей и почти 750 их мужественных помощников-шерпов. Но только участникам 6 экспедиций удалось побывать па высшей точке Земли.

Как говорилось выше, “тройная” японская экспедиция 1970 г. добилась победы над Джомолунгмой. Но часть ее (горнолыжная) не справилась со своей задачей. Однако и она оставила свой след в истории борьбы за вершину. С Южного седла спустился на лыжах руководитель этой группы Ю. Миура, один из известнейших слаломистов Японии.

Условия спуска были сложными. На крутом обледенелом склоне со средней крутизной около 45° Миура очень быстро развил бешеную скорость (до 170 км/час). Для ее погашения лыжник был вынужден применить стабилизирующий парашют.

Расстояние по склону 3250 м с перепадом высот в 1435 м Миура преодолел за 2 минуты 20 секунд. Интересно отметить, что средняя скорбеть его спуска — примерно 85 км/час,

Итак, вопреки предсказаниям пессимистов история показала, что Джомолунгма даже как объект восхождений по уже пройденным путям, так же как и многие другие восьмитысячники, не утратила своей популярности.

На гиганты по новым путям. Как видно из вышесказанного, интерес восходителей к повторным штурмам побежденных восьмитысячников не пропал. За истекшее десятилетие на них проводилось десять экспедиций, пять из которых были успешными. Многие альпинисты стали стремиться совершить восхождения на гиганты по новым, ранее не пройденным путям.

Но здесь им пришлось встретиться с еще более сложными трудностями.

В 1961 г. после семилетнего перерыва экспедиция альпинистов ФРГ вновь появилась у подножия Нангапарбат. Но теперь она прибыла не в район ледника Ракхиот, а наметила штурм вершины из ущелья Диамир. Нельзя сказать, что с этого направления Нангапарбат не была известна. С ледника Диамир предпринималась первая попытка восхождения еще в 1895 г. английскими альпинистами во главе с А. Маммери, по отсутствие опыта высотных восхождений не позволило им подняться выше 6100 м. В этом же районе работала экспедиция альпинистов Германии в 1939 г. под руководством П. Ауфшиейдера, имевшая разведывательные задачи. Ее достижением был подъем также до высоты 6100 м.

Из материалов этих двух экспедиций достаточно известны были лишь характеристики путей подходов и склонов нижней части массива с этого направления. Непройденными оставались верхние склоны Нангапарбат.

Вот при такой изученности путей к вершине прибыла экспедиция немецких альпинистов в 1961 г. Возглавлял ее вновь К. Херлигкоффор. В альпинистскую группу входили: Т. Кинсхофер, И. Лене, 3. Лоев, А. Михель, и X. Рост.

Установив базовый лагерь на правой морене ледника Диамир на высоте 4080 м, альпинисты развернули работы по прокладке пути и организации промежуточных лагерей.

Выбранный маршрут восхождения уже на первом участке склона проходил по крутым скалам. Под этими скалами был установлен лагерь 1 (4800 м). Отсюда альпинисты прошли скальный кулуар крутизной до 55°, преодолели ряд сложных участков скальной ступени и навесили около 1000 м веревочных перил и стального троса. В верхней части этих скал был создан лагерь 2 (6100 м). Затем восходители организовали лагерь 3 (6600 м), путь к которому проходил по крутому ледовому склону. Наконец появился лагерь 4 (7150 м). Он располагался в фирновой мульде, из которой маршрут продолжался к Бацинской впадине. По плану экспедиции штурм вершины и должен был начинаться из этого лагеря и проходить в дальнейшем от впадины по пути Г. Буля. Маршрут этот был выбран как менее лавиноопасный.

С установкой лагеря 4 закончилась подготовительная часть штурма. Теперь участникам восхождения требовался отдых. Но хорошей погоды на время штурма они не дождались. Начавшийся снегопад заставил экспедицию свернуть все работы.

Однако альпинисты ФРГ не отказались от попытки восхождения па Нангапарбат по пути из ущелья Диамир. На следующий год они вновь прибыли сюда под руководством того же Херлигкоффера. Среди участников были Т. Кипсхофор и 3. Лоов и присоединились А. Маннхардт, X. Шмидбауэр, М. Штурм, М. Аидерл и Р. Марк.

В плане экспедиции был предусмотрен тот же маршрут, что и у предшествующей. Он был уже достаточно изучен в процессе подготовки штурма в 1961 г. Поэтому прокладка пути и заброска промежуточных лагерей проходили значительно быстрее и потребовали всего около 20 дней. Да и погода была благоприятной. 28 мая в ущелье Диамир был установлен штурмовой лагерь 4 (7150). Первой на штурм вершины вышла группа в составе Кинсхофера, Лоева и Маннхардта. На участке непосредственного штурма путь оказался достаточно сложным, но это не помешало покорить Нангапарбат. 22 июня они стояли на вершине.

Нет нужды описывать их радость. Вершина достигнута, но победители стремятся вниз. Штурмовая тройка, выходя из лагеря 4 и стремясь идти налегке, не взяла с собой ни спальных мешков, ни палатки.

Уже на подходе к вершине их встретил штормовой ветер. Было очень холодно. Особенно они почувствовали это на подъеме из Бацинской впадины. Движение здесь проходило по сложному участку. Восходители шли медленно и отчаянно мерзли. На вершинном гребне им пришлось преодолевать еще более сильный ветер. Поднялись они на вершинную точку только в 17 часов. Но как ни торопились альпинисты, им все же не удалось до темноты достигнуть лагеря 4 и пришлось остановиться на вынужденный бивак.

Повторялась история Буля. Тому еще благоприятствовала погода и температура — даже ночью она была не ниже минус 10°. Теперь же восходителям в условиях пронизывающего ветра и лютого мороза было значительно тяжелее. К утру у всех троих были серьезные обморожения.

Все же, как только стало светло, они продолжили спуск. Сильный ветер не утихал. В воздухе неслись тучи снежной пыли. Сначала альпинисты шли в связке. Затем в нижней части мульды под Бацинской впадиной, когда снежный склон стал менее крутым, они решили развязаться. Из-за плотной снежной пыли восходители часто не видели друг друга. В какой-то момент спуска Кипсхофер и Маннхардт услышали крик. Оглянувшись, они увидели, что Лоев быстро падает по склону лежа на спине. Достигнув скальной ступени, наскочил на нее и продолжал падать по скалам. Спустившись, они нашли Лоева без сознания и с тяжелой травмой головы. Помочь ему они были бессильны. Вскоре Лоев скончался. Так трагично закончилось это восхождение. Кинсхофера и Маннхардта из лагеря 3 транспортировали шерпы, так как сами они уже спускаться не могли из-за сильного обморожения ног.

В американской экспедиции 1963 г. на Джомолунгму двойка восходителей в составе Т. Хорнбейна и В. Ансолда прошла западное ребро массива. Их намерение встретиться с другой двойкой своей экспедиции на вершине не состоялось. Но западное ребро они прошли. Это был третий маршрут к высочайшей вершине мира.

Пройденные новые маршруты на Нангапарбат и Джомолунгму не очень отличались по сложности от путей первовосходителей. Но с течением времени новые пути к покоренным вершинам усложняются. В 1964 г. экспедиция альпинистов ФРГ вновь прибывает к Нангапарбат, но уже с более серьезной задачей: совершить восхождение с юга по Рупальской стене. Руководителем экспедиции опять был К. Херлигкоффер. Он еще в предшествующем году с небольшой группой альпинистов разведал возможные пути восхождения по этой одной из высочайших горных стен. Тогда альпинисты поднимались на один из пятитысячников хребта Рупал и наметили путь по стене.

Теперь они прибыли сюда с твердым намерением пройти эту стену. Группа альпинистов была подобрана достаточно сильная. В нее вошли: Г. Лапп, Р. Мюллер, Р. Обстер, Г. Планггер, К. Рейнгольд, Р. Ханг, Е. Хоффман и В. Шлоц-младший.

Базовый лагерь экспедиции был разбит у подножия юго-восточного ребра, разделяющего Рупальскую стену. По ребру маршрут ведет непосредственно к южному плечу вершины (8042 м). На этом ребре есть участки крутых скал, ледовые взлеты.

Энергично взялись участники экспедиции за подготовку пути к вершине и организацию высотных лагерей. Они установили лагерь 1 (4600 м) и лагерь 2 (5300 м) и при дальнейшем движении достигли высоты 5800 м на широком участке гребня. Но большего сделать не успели. Погода с каждым днем ухудшалась. Участились снегопады. Возникла серьезная лавинная опасность. Она, привела к тому, что четверо участников штурма были сорваны “снежной доской”. К счастью, все обошлось благополучно, они даже не получили серьезных травм. Но это было сигналом. Не желая идти на явный риск, экспедиция прекратила свою деятельность.

В 1964 г. проводилась экспедиция альпинистов ФРГ на восьмитысячник Чо-Ойю под руководством Р. Ротта. Она была немногочисленной; кроме руководителя в нее входили только четыре альпиниста: Г. Хубер, Ф. Штамбергер, И. Гшвенднер и А. Турмайер (врач). Но экспедиция ставила перед собой достаточно сложные задачи — штурмовать вершину по новому пути с ледника Кветрак и совершить это восхождение на лыжах. Помогала ей небольшая группа шерпов во главе с Дава-Тенсингом. В историю борьбы за высочайшие вершины мира эта экспедиция вошла как мероприятие, полное неясностей, происшествий и трагедий.

Прибыв в начале апреля к цели восхождения, участники экспедиции совершили два тренировочных восхождения на вершины 6600 и 6720 м в районе перевала Нангапала, затем приступили к прокладке пути па вершину Чо-Ойю. Им удалось организовать три промежуточных лагеря, верхний из которых находился на высоте 7200 м. Из него и решили выходить на штурм вершины.

До этого момента в экспедиции все шло как будто бы нормально. Подготовительный процесс закончился. Штурмовая группа в составе Штамбергера, Хубера и Турмайера поднялась в лагерь 7200 м в ожидании выхода на вершину. Эта группа вместе с тремя шерпами и начала штурм Чо-Ойю 25 апреля.

Видимо, многие вопиющие недостатки этой экспедиции не проявились бы так резко, если бы штурм вершины прошел удачно. А упущения начались задолго до штурма. У выходящей к вершине группы не было никаких резервов. Руководитель экспедиции Ротт из-за горной болезни уже на высоте 5200 м пролежал пять дней без сознания. Гшвенднер, выполнявший обязанности заведующего хозяйством, имел весьма небольшой альпинистский опыт и в свои 47 лет был не в силах чем-либо помочь на больших высотах. Руководителю шерпов Дава-Тенсингу было более 60 лет. Так что внизу не имелось сил для оказания помощи штурмовой группе, если бы в таковой оказалась необходимость. К тому же следует отметить, что штурмовая группа взяла на себя весьма тяжелую задачу штурмовать восьмитысячник почти за 1000 м по высоте от вершины.

А помощь действительно потребовалась. Спустившийся в базовый лагерь 28 апреля Штамбергер сообщил, что Хубер и Турмайер остались в штурмовом лагере в тяжелом состоянии. По его рассказам, вся группа 25 апреля с большим напряжением пробилась только до высоты 7500 м и оттуда была вынуждена спуститься в штурмовой лагерь (7200 м). Здесь они пробыли два дня, якобы ожидая возможности повторения штурма. Но у них кончился газ в кухнях.

Не только горячей пищи, но даже и питья приготовить было нельзя. А состояние Хубера и Турмайера с каждым часом ухудшалось. Только на третий день единственный из альпинистов, сохранивший силы (Штамбергер), решил спускаться за помощью, хотя и знал, что на нее надежд было весьма мало. К тому же сам Штамбергер, выпив в лагере 2 какую-то жидкость, заболел и три дня ничего делать не мог.

В такой ситуации имел какую-то возможность предпринять попытку подняться вверх один Дава-Теисинг. И он пробился к лагерю 7200 м 2 мая. Хубер и Турмайер находились в весьма тяжелом состоянии, но Дава-Тенсинг не смог один спускать двух тяжелобольных людей в базовый лагерь.

Только 5 мая группа в составе Штамбергера, Дава-Тенсинга, Пху Дорьи и еще одного шерпа поднялась в штурмовой лагерь. К этому времени Хубер уже умер, а Турмайер умер в самом начале транспортировки.

Впоследствии Штамбергер утверждал, что 25 апреля он достиг вершины один. В подтверждение этого он предъявил фото, на котором была видна лыжная палка с флажком.

Г. Диренфурт, описывая это фото в книге “Третий полюс”, замечает, что палка воткнута в склон крутизной 20—25°, тогда как известно, что вершинная часть Чо-Ойю представляет собой почти горизонтальное плато. Поэтому, пишет Диренфурт, такое фото вызывает серьезные сомнения. В то же время шерп Пху Дорьи утверждал, что они вместе с Штамбергером достигли вершины. Где здесь истина — неизвестно.

Нельзя не согласиться с заключительным мнением автора книги “Третий полюс”, когда он пишет: “... эта экспедиция — одна из самых печальных страниц истории немецкого альпинизма”.

К этой оценке можно добавить, что экспедиция на Чо-Ойю в 1964 г. была явно авантюрной; была плохая организация, явно недостаточная подготовка как самой экспедиции, так и ее участников.

В 1965 г. внимание альпинистов привлек четвертый по высоте восьмитысячник — Лхоцзе. Мощная индийская экспедиция этого года, добившаяся выдающейся победы над Джомолунгмой по пути первовосходителей, не ограничилась тем, что девять ее участников покорили высочайшую вершину мира. Одновременно два индийских альпиниста предприняли попытку покорения соседнего массива Лхоцзе по пути с Южного седла. Базируясь на мощную поддерживающую группу, сосредоточенную на Южном седле, Наванг Гомбу и Анг-Ками вышли к Главной вершине Лхоцзе по ее северному гребню. Лагерь на Южном седле представляет собой почти идеальный штурмовой лагерь для штурма этой вершины. По высоте до нее остается отсюда около 500 м. Весь путь хорошо просматривается с седла.

Восходители за время подготовки пути к Джомолунгме и при ее штурме получили хорошую акклиматизацию и тренировку и уверенно, в достаточно хорошем темпе поднимались к Лхоцзе, и погода благоприятствовала им. В результате они успешно достигли вершины и в тот же день спустились в лагерь на Южное седло.

Попытки покорения восьмитысячников по новым путям продолжались. Альпинисты ФРГ в 1969 г. во главе с Л. Грейслем пытались атаковать Аннапурну по новому пути с северо-востока из ущелья Марсенгди, через вершины Рок-Нуар (7485 м), Аннапурну восточную (8000 м) и Анпапурну среднюю (8010 м). На этом пути восходителям предстояло пройти 4 км по гребню массива на высоте более 7500 м. В состав основной группы входили 9 альпинистов и 11 шерпов.

Достигнув 2 апреля места базового лагеря на леднике Аннапурна восточная (4500 м), участникам экспедиции удалось в течение двух недель установить два первых промежуточных лагеря (1—5200 м, 2 — 5750 м). Затем 22 апреля был организован и лагерь 3 (6050 м). Между лагерями 2 и 3 была канатная дорога, с помощью которой 25 апреля в лагерь 3 были подняты все грузы, и этот лагерь стал; фактически вторым базовым лагерем. Вскоре обильный снегопад, продолжавшийся в течение недели, заставил прекратить продвижение. Резко возросла лавинная опасность.

Только к 3 мая погода стала улучшаться. Альпипистам удалось организовать очередной лагерь на высоте 7050 м. И вновь непогода задержала продвижение еще на два дня. После непогоды восходители 9 мая достигли вершины Рок-Нуар. 11 мая был создан лагерь на высоте 7250 м. На 13 мая был назначен выход на штурм Аннапурпы. К нему готовились Э. Рейсмюллер, Р. Обстер и II. Шуберт.

Однако вновь начавшийся период непогоды спутал все планы экспедиции. Три дня свирепствовала пурга. Снег засыпал палатки, а ураганный ветер сбивал с ног альпинистов, стремившихся освободить их от снега. Задержка из-за непогоды заставила участников штурмовой., группы спуститься. |

Как-то неожиданно 18 мая ветер стих. Воспользовавшись этим затишьем, Г. Мюллер и И. Кернер добились победы над Рок-Нуар, а Грейсл и Рейсмюллер поднялись на вершину “Ледовый храм”.

А штурм Аннапурны так и не состоялся. 19 мая было очень холодно. Дул сильный пронизывающий ветер. Альпинисты, находившиеся на высоте более 7000 м уже десять дней, чувствовали себя усталыми. У некоторых из них были обморожения. Выходить на штурм в таких условиях они сочли рискованным и решили экспедицию закончить.

В том же году американская экспедиция во главе, с Б. Эвереттом предприняла попытку покорить Дхаулагири с востока. Путем к вершине ее участники избрали юго-восточный гребень. Такой выбор удивил многих опытных высотников. Еще в 1950 г. французские восходители подходили к этому гребню. Поднявшись по нему до высоты 5500 м, они увидели, что он упирается в ледовую стену, весьма трудную для преодоления и далеко не безопасную в отношении ледовых обвалов.

В 1969 г. американские альпинисты решили штурмовать эту вершину именно по юго-восточному гребню. Развернуть штурм им не удалось. При подходе к висячему леднику группа попала под лавину. Погибли Б. Эверетт, П. Герхард, В. Хоеман, а также шерпы Пемба-Путар и Тенсинг.

Японские альпинисты в 1970 г. штурмовали вершину Макалу по юго-восточному гребню через вершину Макалу восточная (8010 м). Еще в 1954 г. по этому гребню пытались достичь вершины американские восходители. Но тогда они могли подняться только до высоты 7100 м.

Теперь, в 1970 г., японские альпинисты, упорно поднимаясь к вершине, организовали шесть промежуточных лагерей. Самый высокий из них располагался в районе Восточной вершины. Из этого лагеря 20 мая вышла на штурм двойка участников экспедиции в составе X. Таканаки и И. Оцаки. В результате их упорного штурма, продолжавшегося 17 часов, вершина была покорена.

Итак, в шестидесятых годах стремление к победе над высочайшими вершинами не прекратилось. За эти годы было проведено 27 экспедиций. Десять из них штурмовали восьмитысячники по уже пройденным маршрутам. Но не всем из них удалось добиться победы — только пять таких экспедиций прошли успешно, остальные были вынуждены отступить.

За это десятилетие проводилось 15 экспедиций, задачей которых было покорение ранее взятых восьмитысячников по новым путям. Из них добилось успеха только шесть экспедиций, не считая экспедицию ФРГ на Чо-Ойю, о которой рассказывалось выше.

Есть новые восьмитысячники. К середине шестидесятых годов, когда почти все восьмитысячники были покорены, количество экспедиций на высочайшие вершины значительно уменьшилось. Особенно резко оно снизилось после покорения швейцарскими альпинистами Дхаулагири, В какой-то мере это объяснялось сокращением возможностей первовосхождений. Непокоренной оставалась только Шиша Пангма. А повторные восхождения еще только входили в практику борьбы за высочайшие вершины. В самом зародыше были и восхождения по новым, более сложным путям.

В этот период возник и такой вопрос; а нет ли таких восьмитысячников, на которые еще не совершалось первовосхождений?

Как уже говорилось, в Гималаях и Каракоруме располагаются 14 восьмитысячников. Каждый такой восьмитысячник представляет собой мощный горный массив с несколькими вершинами, отдельные из которых имеют высоту более 8000 м. Наиболее характерным в этом отношении является гималайский массив Канченджанга. Указываемая на картах и в литературе его высота 8585 м относится только к Главной вершине массива. Кроме Главной вершины этот массив имеет еще ряд вершин, три из которых значительно выше 8000 м. Это Западная вершина (8500 м), Южная (8473 м) и Средняя, или Центральная (8420 м). Главная вершина была покорена английскими альпинистами в 1955 г., а на другие три вершины до сих нор не ступала нога альпиниста.

При этом массив Канченджанга не является исключением. У массива Лхоцзе кроме Главной вершины есть еще две вершины — Средняя (8400 м) и Восточная (8430 м). В массиве Макалу кроме Главной (8481 м) есть Восточная (8010 м). В гребне массива Аннапурны помимо Главной вершины (8078 м) поднимаются еще две — Средняя (8000 м) и Восточная (8010 м). И в Каракоруме массив Броуд-пика имеет Главную (8047 м) и Северную вершины (8007 м).

Все эти вершины реально существуют. Как объекты восхождений многие из них вполне самостоятельны. Более того, к некоторым из них путь сложнее, чем к главным вершинам. Например, Средняя и Южная вершины Канченджанги или Средняя вершина Лхоцзе.

Итак, в Гималаях и Каракоруме есть 14 горных массивов, вершины которых превышают 8000 м, и таких вершин не 14, а 23. Таким образом, число восьмитысячников увеличивается на девять “новых”, никем не покоренных гигантов.

Район Шиша Пангмы

Некоторые “искатели” предлагают считать самостоятельными “вершины” Джомолунгмы — Южную и Северо-Восточную. Но первая из них, хотя и имеет высоту более 8700 м, вряд ли может считаться самостоятельной вершиной. Она располагается в южном ребре и представляет собой незначительное поднятие над самим ребром. К тому же она находится в гребне по пути к вершине, и все восходители по этому пути проходят через нее. Вторая же (Северо-Восточная) даже не вершина в самом элементарном понимании. Это перегиб северо-восточного ребра, не имеющий превышения над этим гребнем.

Предлагают также считать самостоятельными вершинами ряд предвершин Чогори: западную предвершипу А (8320 м), западную предвершину Б (8134) и южную предвершину (8132 м). Но они носят названия предвершин, то есть повышение, или взлет, гребня на пути к вершине, и самостоятельного значения иметь не могут. Они могут быть самостоятельными объектами восхождений не больше, чем любая точка любого гребня или даже склона. За 80 лет Развития высотного альпинизма сотни людей (альпинистов и шерпов) достигали высоты 8000 м и более, но ни идин из них не претендовал на то, чтобы его считали покорителем восьмитысячника.

Итак, количество восьмитысячников увеличилось до 23 Появилось девять новых, не менее величественных и труд недоступных. Поэтому теперь и для любителей первовосхождений возможности расширились. Да и “старые” восьмитысячники продолжают привлекать внимание.

На одну из “новых” вершин, Лхоцзе Восточную, первая попытка была совершена в 1965 г. Тогда японские альпинисты пытались покорить этот новый восьмитысячник. А годом раньше, в 1964 г., пала последняя из “старых”, до сих пор не покоренных вершин из разряда восьмитысячников — Шиша Пангма.

В 1963 г. китайские альпинисты провели разведывательную экспедицию на Шиша Пангму и прошли часть пути к вершине, достигнув высоты 7160 м. Результаты экспедиции позволили им разработать подробный план штурма вершины, намеченного на следующий год.

Китайская экспедиция 1964 г. была необычайной по масштабам. К участию в ней были привлечены почти 200 человек, в том числе и большая группа научных работников.

Шиша Пангма известна с 1922 г., когда швейцарскому геологу Тонн Хагену удалось сделать первые ее снимки с самолета. Тогда же эти снимки были опубликованы в альпинистской печати. Однако в те годы “самый маленький” восьмитысячник не привлек внимания восходителей. Особенно настойчиво стремился к ней ее открыватель Т. Хаген. В 1952 г. он вместе с шерпом Айла, поднявшись по леднику Лангтранг до высоты 6000 м, оказался почти рядом с массивом Шиша Пангма. Отсюда Хаген не только ocмотрел этот восьмитысячник, но и сделал фотоснимки и зарисовки его.

Продолживший обследование этой вершины в 1954 году П. Ауфшнейдер внес еще большую ясность в характер района и массива. Он даже наметил возможный путь восхождения — с северо-запада на западное плечо и далее по западному гребню на вершину.

Эти разведки в достаточной мере подготовили возможность проведения экспедиции на Шиша Пангму с целью ее штурма.

Штурм вершины китайские альпинисты готовили в течение месяца. Было организовано шесть промежуточных лагерей, самый высокий, штурмовой, лагерь — на высоте 7700 м, за 300 м от вершины.

2 мая 1964 г. в 6 часов утра на окончательный штурм вершины из лагеря на высоте 7700 м вышел отряд из 10 альпинистов. В 8 часов 20 минут они были уже на вершине, пройдя за это время более 300 м по высоте.

Погода во время штурма стояла отличная. На вершину Шиша Пангмы взошли все 10 альпинистов. Этим восхождением на последний из ранее известных гигантов было закончено покорение 14 вершин восьмитысячников.

Теперь наступал следующий этап борьбы за высочайшие вершины — продолжение повторных восхождений, штурм высочайших вершин по новым путям, значительно более сложным, чем пути первовосходителей, и покорение вновь выявленных, “новых” восьмитысячников.

Первым из таких гигантов подвергся упорному штурму Лхоцзе — его еще никем не побежденная Восточная вершина. На нее была предпринята попытка восхождения в 1965 г. японскими альпинистами во главе с X. Иошикава. Но добиться успеха они не смогли.

В 1970 г. к этой вершине направилась австрийская экспедиция. Исходным пунктом штурма они избрали верховья долины Имджа и разбили свой базовый лагерь на леднике Лхоцзе, стекающем с южных склонов этого величественного массива.

Деятельность экспедиции началась, по установившейся схеме штурма высочайших вершин, прокладкой пути и организацией промежуточных лагерей. На первом участке подъема по леднику Лхоцзе для опытных участников экспедиции особых трудностей не возникало. Да и погода в общем была благоприятной, лишь иногда налетал резкий порывистый ветер или проходили короткие снегопады.

Выбранный ими путь по восточному гребню, на который еще не ступала нога восходителя, оказался весьма сложным. Здесь часто встречались крутые участки скал, глубокие провалы гребня, залитые льдом, плитообразные скалы. Чаще стали периоды ухудшения погоды.

Когда первая штурмовая двойка — С. Майэрл и Р. Вальтер — заняла 11 мая штурмовой лагерь, настроение у них было, мягко говоря, не восторженным. Погода явно хмурилась. Порывистый ветер поднимал облака снежной пыли. Небо нередко задергивалось пеленой облаков. Участников штурма волновал вопрос — какая завтра будет погода?

Наутро 12 мая погода почти не улучшилась, лишь порывы ветра несколько ослабели. Двойка альпинистов, оставшаяся на высоте около 8000 м один на один с четвертым по высоте гигантом гор, решила выходить на штурм восточного бастиона Лхоцзе.

Восходители не ожидали легкого пути к вершине. На восхождении им мешали сильный порывистый ветер и низкая температура. Тревожно поглядывали альпинисты по сторонам, опасаясь, как бы непогода не отрезала их от спасительных нижних лагерей. К их счастью, такие опасения не оправдались. Погода не только не ухудшилась, а даже несколько улучшилась.

К середине дня Вальтер и Майэрл вступили на Восточную вершину Лхоцзе. Так 12 мая 1970 г. был покорен 15-й восьмитысячник, первый из девяти “новых” гигантов гор.

Погода улучшалась. Это позволило выйти на штурм вершины второй двойке восходителей. Все шло успешно до высоты 8100 м. Здесь у них вышли из строя кислородные аппараты, и альпинистам пришлось спускаться.

В 1971 г. попытку восхождения на Восточную вершину Лхоцзе предприняла южнокорейская экспедиция. Ее участники, успешно поднявшись до высоты 8000 м, были вынуждены прекратить штурм из-за встреченных трудностей пути.

На гиганты по сложнейшим путям. Шестидесятые годы показали, что гиганты продолжают привлекать восходителей. Но теперь они стремятся победить восьмитысячники по сложным маршрутам. Чаще всего стали проходиться так называемые “стенные маршруты”. В альпинизме стеной принято называть горные склоны средней крутизны от 60" и выше. В отдельных случаях стеной могут быть и склоны несколько меньшей крутизны, если на них встречаются участки, достаточно протяженные и крутизной более 60°.

Штурм Рупальской стены. Первым из таких маршрутов на восьмитысячник, избранных для штурма альпинистами, была так называемая Рупальская стена в массиве Напгапарбат.

Почти за 70 лет (с 1895 до 60-х годов XX в.) пути восхождений на Нангапарбат с севера были достаточно изучены альпинистами во время одиннадцати экспедиций, Они проходили по протяженным ледникам (Ракхиот и Диамир), обширным снежным полям в верхней части ледниковых цирков, по снежным и частично скальным склонам хребтов и отрогов, лавиноопасным на отдельных участках, по протяженным, но достаточно отлогим гребням. Основными препятствиями для восходителей являлись не технические сложности, а суровые климатические условия и, конечно, большие высоты. Именно они, а также недостатки в организации штурмов привели к тому, что за время проведения всех предшествующих экспедиций лишь дважды альпинисты побывали на вершине (1953 и 1962 гг.). Число покорителей этой вершины было невелико — всего четыре восходителя. В то же время трагедий за время проведения указанных экспедиций было много. Навсегда на склонах этого негостеприимного гиганта осталось около сорока альпинистов и их мужественных помошников-шерпов.

Неоднократно проходя к ее северным склонам долиной Рупала, альпинисты видели, что массив Нангапарбат отсюда поднимается устрашающей стеной, каких еще восходителям не приходилось встречать в других горных районах. Она поднимается более чем на четыре с половиной километра, имея среднюю крутизну около 40°. На последних 2000 м высоты средняя крутизна превышает 50°, а на отдельных участках доходит до 75° и выше.

Сложена эта стена в основном гнейсовыми породами с вкраплением метаморфизованных кристаллических сланцев. По утверждению геолога П. Миша, Нангапарбат представляет собой блок из старого материала без каких-либо тектонических ярусов. Этот блок находится в процессе поднятия. Наличие указанных пород и объясняет, по его мнению, образование такой огромной стены.

Воодушевленные победой над Нангапарбат со стороны ледника Диамир в 1962 г., альпинисты ФРГ на следующий же год провели разведку Рупальской стены, наметили вполне реальный путь на вершину.

В 1964 г. они уже предпринимали первую попытку ее прохождения. Однако длительная непогода остановила их на высоте 5800 м. Вновь повторить попытку штурма стены им удалось только в 1968 г. И снова путь к победе им преградила непогода. В отдельные периоды прояснения они все же продвигались к вершине. Так, двойка в составе В. Шлоца и П. Штольца достигла высоты 7100 м.

В дальнейшем же появились дополнительные препятствия: много времени потребовала транспортировка вниз заболевшего носильщика, затем получившего перелом ноги альпиниста Г. Штробеля. К тому же у ряда участников были серьезные обморожения. Да и погода продолжала сдерживать рвение восходителей. Но самым серьезным препятствием к продолжению штурма явились разногласия между руководством экспедиции и ее участниками. Они-то и привели к окончанию работ экспедиции.

Вновь к Рупальской стене массива Нангапарбат альпинисты ФРГ прибыли в 1970 г. Как и в предшествующие годы, экспедицию возглавлял К. Херлигкоффер. В состав альпинистской группы, которую возглавлял Р. Месснер, были включены Г. Бауэр, В. Биттерлинг, В. Гайм, М. Киенлин, Г. Кро, Г. Кюн, Ф. Куен, Г. Мендль, Г. Месснер, Э. Раар, X. Зайлер, П. Штольц и П. Фоглер. Такой многочисленной группой альпинистов не располагала ни одна экспедиция на Нангапарбат.

Стена встретила их сурово. Ее высоко вздыбившиеся склоны с выступающими отдельными ребрами и оледенелыми кулуарами между ними были изрядно присыпаны снегом.

Не теряя времени, участники экспедиции приступили к подготовке пути к вершине. Из базового лагеря в долине Рупала, организованного 15 мая, уже на следующий день к вершине вышли четверо альпинистов с двумя носильщиками. Они поднялись до высоты 4700 м и подготовили место для лагеря 1. Вечером 17 мая здесь уже стояли четыре палатки, в которых было около 300 кг доставленных сюда грузов. Еще через день на высоте 5500 м под защитой 30-метровой ледовой стены был создан лагерь 2, где сосредоточили продовольствие, снаряжение и горючее для будущего лагеря 3.

Но... пришлось сделать перерыв в подготовке дальнейшего пути. Погода неожиданно ухудшилась. Пурга ней стихала четыре дня. Ревел и свистел ураганный ветер. Со склонов стены с оглушительным грохотом рушились лавины. Восходители оказались заблокированными в палатках.

Продолжить движение к вершине они смогли только 25 мая, и уже 29 мая на высоте 6000 м возник лагерь 3. К 30 мая сюда с помощью налаженной канатной дороги было поднято около 3 т грузов.

Над лагерем 3 круто поднимался трехсотметровый ледовый склон, подходивший вверху к скальному поясу, прорезанному ледовым кулуаром. В хорошую погоду 3 июня четверо восходителей (братья Р. и Г. Месснеры, Куен и Штольц) продолжили подъем. Как и на пройденных участках, они навешивали здесь перила, а в верхней части кулуара, где встретили почти отвесную 20-метровую стенку, пришлось даже навесить веревочную лестницу. Во второй половине дня они достигли того места, где планировалась организация лагеря 4 (6550 м). Снегопад, начавшийся раньше, здесь, на месте лагеря 4, перешел в пургу. Альпинистам не оставалось ничего другого, как спешно убрать поднятые сюда грузы в вырытые снежные ямы и быстро спускаться в лагерь 3.

Пятеро суток злобствовала пурга. Пользуясь ее короткими перерывами, все восходители собрались в базовом лагере. Здесь 19 июня возникла сложная ситуация. В связи с тем, что разрешение на восхождение было действительно до 7 июля, времени на штурм вершины оставалось мало. К тому же появились признаки приближения муссона. Все это вселяло в альпинистов сомнение в успехе штурма. Возникали мрачные разговоры. Появились разногласия.

И все же к 23 июня все лагеря были восстановлены, а в отдельных местах на пути к ним вновь натянуты перила. Та же четверка альпинистов в тот день была в лагере 4. 25 июня они установили лагерь 5 на высоте 7200 м. Отсюда планировался штурм вершины.

В тот же день состоялся радиоразговор между Р. Месснером и К. Херлигкоффером (находившимся в базовом лагере), оказавший большое влияние на последующие события. Так как успешный штурм зависел в основном от муссона, то Месснер предложил такой план: если погода позволит, то на следующий день они обработают очередной сложный участок пути к вершине и 25 июня выйдут вчетвером на штурм. Если же прогноз будет плохой, то Р. Месснер один утром попытается достигнуть вершины, а его товарищи подготовят ему путь спуска. При этом условились, что если в базовом лагере будет получен хороший прогноз, то в 20 часов они дадут синюю ракету, если же прогноз будет плохой, — то красную.

В 17 часов того же дня штурмовая группа двинулась в штурмовой лагерь. Еще в пути, в 20 часов, они увидели взвившуюся над базовым лагерем красную ракету. В связи с этим уже в лагере 5 Р. Месснер предложил такой план: утром он один идет на вершину, а остальные готовят ему путь спуска.

Вышел Р. Месснер в два часа ночи и вскоре подошел к желобу, ведущему под южное плечо Нангапарбат. Упорно двигаясь по этому желобу, Р. Месснер подошел к узкому оледенелому камину. Обойдя его и встретившуюся на пути нависающую скалу, он вышел по полке на ледовый склон под южное плечо вершины. Было 9 часов утра. Дальнейший путь к вершине казался ему несложным.

Остановившись отдохнуть, Месснер осмотрелся. И вдруг увидел, что по желобу поднимается человек. Это его испугало. Р. Месснер стоял и ждал, когда тот подойдет ближе. Наконец он узнал своего брата Гюнтера.

Следует заметить, что Р. Месснер вышел из лагеря 5 без веревки и другого снаряжения, лишь положив в карманы немного еды. У Гюнтера не было и этого минимума.

Братья направились к вершине. Ее они достигли во второй половине дня 27 июня и целый час любовались близкими и дальними панорамами гор. Рядом поднималась предвершина Нангапарбат, за ней — “Серебряное седло” и гребень пика Ракхиот. На северо-западе высились гиганты Каракорума, на востоке — бесчисленное число гималайских вершин. Восьмитысячники среди них не выделялись из-за дальности расстояния, они сливались с другими вершинами, прикрытыми полупрозрачной дымкой.

Приближался вечер, но победители продолжали беспечно рассматривать бесконечные хребты и фотографировать их. Они, видимо, забыли, что находятся на высоте более 8000 м и у них нет ни питания, ни веревки, ни спальных мешков и палатки. Только под вечер братья спустились на южное плечо вершины. Под этим плечом, в мульде, они и переночевали, вырыв в снегу яму под скальным выступом.

Ночь была холодная. Гюнтер (младший брат) чувствовал себя плохо. У него начались галлюцинации. Беспокоясь о его состоянии, старший Месснер вышел на зазубрину и стал звать на помощь. Наконец кто-то отозвался. К 10 часам утра из желоба вышли Куен и Штольц. Р. Месснер разговаривал с ними на расстоянии примерно 100 м. На вопрос Куена, все ли у них в порядке, Р. Месснер ответил утвердительно. Он же сообщил Куену, что собирается с братом спуститься в ущелье Диамир. На этом разговор Р. Месснера с Куеном закончился. Поднимающаяся двойка пошла к вершине, а братья Месснеры скрылись у нее из виду на Диамирских склонах.

Куен и Штольц взошли на вершину и, спустившись под южное плечо, заночевали; имеющиеся у них палатка и надувные матрацы позволили им достаточно прилично провести ночь. Утром они продолжили спуск и благополучно достигли лагеря 5, а затем и базового лагеря.

В день достижения вершины второй двойкой братья Месснеры спускались по Диамирским склонам на северо-запад. У них сначала все шло успешно. Даже Гюнтер стал чувствовать себя лучше. Они удачно находили путь. Спускались без связки, так как веревки у них не было. К полуночи достигли ребра Маммери и здесь пытались остановиться на ночевку. Но им стало холодно, кроме того, их мучила жажда. Около 3 часов ночи, когда появилась луна, Месснеры продолжили спуск. Наконец вышли на некрутые фирновые склоны цирка ледника Диамир. Стремясь поскорее достигнуть ущелья, они перешли с шага на бег. Старший Месснер бежал все быстрее, не оглядываясь назад. Добежав до первого ручья, он жадно напился и побежал дальше. И, только наткнувшись на следы прошлых экспедиций, вспомнил о Гюнтере. Оглянувшись, он никого не увидел, и предположил, что тот где-то остановился отдохнуть. Рейнгольд стал кричать и звать брата. Не получив ответа, он вернулся по пройденному пути. Кричал долго, искал на леднике. Вернулся к месту, где в последний раз видел брата. Прошел отсюда но наиболее вероятному пути его спуска. И ничего не обнаружил. Лишь в одном месте увидел следы недавнего ледового обвала.

Только на следующее утро Рейнгольд Месснер спустился в долину Диамир и встретил там лесорубов и пастухов. Гюнтер так и не был найден...

Итак, Рупальская стена Нангапарбат покорена. Четверо альпинистов побывали на вершине по этому сложному пути. Однако это восхождение поставило ряд недоуменных вопросов, которые так и не нашли ответа. Почему Месснеры, зная, что к вершине подходят Куен и Штольц, имеющие питание, палатку, веревку и другое снаряжение, не пошли к ним навстречу, а начали спускаться в противоположную сторону? Почему, спускаясь в сторону Диамира, частично ночью, братья шли раздельно, а не в непосредственном контакте? Почему старший Месснер так поздно заметил отсутствие брата?

Претензии Р. Месснера к Херлигкофферу в том, что тот ошибочно дал красную ракету (а прогноз был хороший), мало меняет дело.

Да, Нангапарбат подчинилась альпинистам, но победа не обошлась без жертв. “Нангапарбат вновь подтвердила свою зловещую репутацию”, — так писала альпинистская печать многих стран. Но если разбираться со всей объективностью, то следует сделать вывод, что все это не жертвы “кровожадной Нангапарбат”, а жертвы упущения самих восходителей, результат их недостаточной организованности, ответственности и дисциплины.

На Аннапурне вновь сенсация. Восьмилетние (1963— 1970 гг.), усилия альпинистов ФРГ в штурме Нангапарбата по Рупальской стене привели к ее покорению по этому сложному пути. Однако эта победа не явилась первой из такого класса технически сложных восхождений. Пионерами в нем неожиданно для альпинистского мира стали альпинисты Англии. Вершиной же, принесшей эту неожиданность вновь, как и в 1950 г., стала Аннапурна.

Идея экспедиции на Аннапурну с задачей штурма ее южной стены возникла также совершенно неожиданно. Трое английских альпинистов — К. Бонингтон, М. Бойсен и Н. Эсткорт из Манчестера задумали поездку в горы Аляски, чтобы совершить восхождение на одну из ее вершин летом 1970 г.

Узнав что британская армейская экспедиция получила разрешение совершить восхождение на Аннапурну с севера по пути первовосходителей, они решили подключиться к ней и совершить восхождение на эту вершину, но по другому маршруту.

Бонингтон вспомнил о своем восхождении на вершину Аннапурна II (7937 м) в 1960 г. и о фотографии, присланной ему бывшим руководителем экспедиции Д. Робертсом. То была фотография южной стены массива Аннапурна. Бонингтон и предложил своим друзьям подумать об этой стене как объекте восхождения.

Друзья Бонингтона занялись подробным изучением книги М. Эрцога о нервом штурме Аннапурны. Однако книга не смогла удовлетворить в должной мере: их маршрут к вершине был иным. Единственным пособием манчестерцев стала фотография, сделанная Робертсом. По ней и были намечены путь к вершине и места расположения высотных лагерей.

Идея Бонингтона получила поддержку английского Комитета Эвереста. Это позволило расширить экспедицию до национальных масштабов. Кроме трех манчестерцев в нее вошли: Дон Уилланс, Доугал Хестон, Иан Клаф, Мик Берк, а также Том Фрост. В экспедицию еще были включены антрополог М. Томпсон, врач Д. Ламберт и капитан К. Кент.

Таким образом, экспедиция стала вполне боеспособной и представительной. Развернулись подготовительные работы. Специальное снаряжение и кислородные баллоны были закуплены во Франции, как наиболее проверенные в высотных восхождениях. Участники экспедиции планировали восхождение без кислородных аппаратов, но считали необходимым иметь их для обеспечения ночного отдыха, а возможно, и при прохождении скального барьера.

В Индию участники экспедиции прибыли во второй половине марта и уже 28 марта достигли района южной стены Аннапурны. Подойти вплотную к стене в те дни не удалось. В результате многоснежной зимы граница снежного покрова спустилась ниже обычной, и участникам экспедиции пришлось организовать временный базовый лагерь ниже предусмотренного планом.

Стена выглядела величественнее, чем на фотографии. Скальный барьер показался им значительно разрушенным, но путь по нему представлялся относительно безопасным.

К 6 апреля были установлены два промежуточных лагеря, причем верхний располагался на высоте 5300 м. Путь подхода к ним по леднику не представлял больших трудностей, но внушал опасения множеством трещин и явно неустойчивых сераков. Затем путь шел сначала по лавиноопасному кулуару, выводящему на седловинку в гребне контрфорса, а затем по его гребешку. Успешно удалось создать лагеря 3 и 4 (6400 м). На этом участке стенного маршрута альпинисты действовали вместе с шестью шерпами. Тактически прохождение решалось так: одна из двоек альпинистов постоянно находилась впереди — она прокладывала путь и уточняла места расположения лагерей. Остальные связки находились между уже организованными лагерями, переносили грузы и руководили шерпами. По мере усталости передовая двойка менялась. Нужно отдать должное шерпам — помощь этих тружеников была неоценимой. Они безотказно обеспечили переноску в лагерь 4 большинства грузов. Выше лагеря 4 шерпы уже не могли продолжать работу из-за крутизны склонов.

Сразу же за лагерем 4 передовая двойка в составе Бойзена и Эсткорта вышла на весьма сложный участок: ледовые башни приходилось брать “в лоб”, а это отнимало много сил. В течение трех дней им удалось пройти по гребню только около 100 м. Их сменили Клаф и Бонингтон. А через два дня уставшего Клафа сменил Хестон. Только к 3 мая закончился этот медленный и изнуряющий подъем по гребню. Почти 10 дней потребовалось на преодоление этого пути с перепадом высот всего в 450 м.

Прошло около месяца. На пройденном пути были закреплены веревки для подъема с грузами. Следует заметить, что на отдельных участках навешенные веревки не касались скал, так они были круты.

За гребнем поднимался ровный снежный склон крутизной до 40°, подходящий в своей верхней части к ледовой стене. Усилиями Берка и Фроста, прошедших этот склон, 6 мая был установлен лагерь 5 (6900 м) в бергшрунде у подножия барьера. Отсюда начиналось прохождение наиболее сложной части пути — стены скального барьера.

Эта стена достигает по высоте 800 м, восточная часть ее прорезана широким внутренним углом. Центральная часть стены выглядела монолитной с выступающими небольшими контрфорсами в нижней части и гладкой, плитообразной верхней частью. Западная сторона стены поднималась до половины высоты ледовым, почти вертикальным взлетом.

Передовая группа избрала западный вариант пути. Она применяла следующий метод прокладки пути: Берк выходил вперед и тянул за собой конец от 150-метровой бухты 9-мм нейлоновой веревки. Через 60 м веревка крепилась на скальном крюке, к месту закрепления подходил Фрост, используя зажимы. Так, одновременно с прохождением навешивались перила. Подобная напряженная работа в течение пяти дней вконец измучила эту двойку. Весьма усталыми чувствовали себя Бойзен и Эсткорт, снабжавшие первую двойку всем необходимым.

Только к 12 мая был установлен лагерь 6 (7300 м). После этого все альпинисты спустились в базовый лагерь на отдых. Подготовка пути до лагеря 6 потребовала почти двух месяцев напряженной работы.

Штурм возобновился 16 мая. От лагеря 6 до вершины еще оставалось более 700 м по высоте. И очень трудных метров. По верхней части стены барьера подъем проходил по почти вертикально вздымающимся мощным скальным плитам, простреливаемым сверху камнями.

21 мая погода была ужасной — дул сильный порывистый ветер и шел обильный снегопад. Первая штурмовая двойка — Уилланс с Хестоном — все-таки вышли к вершине. Они сумели за этот день обработать еще 150 м пути” 22 мая Бонингтон вместе с Эсткортом вышли из лагеря 5, для того чтобы доставить в лагерь 6 палатку, бухту веревки и питание. Однако Эсткорт перед первым сложным участком пути прекратил подъем. Он действительно сильно измотался за длительное время напряженной работы по снабжению верхних лагерей. Дальше Бонингтон пошел один, забрав у товарища мешок с питанием. Теперь у Бонингтона был кислородный аппарат, и он шел значительно быстрее, чем в первый раз. Вдруг почувствовал резкую усталость. Оказалось, что кислород в баллоне иссяк, и он с трудом добрался до лагеря 6. Но палатки для организации верхнего лагеря на пути к вершине он не принес.

В лагере 6 Бонингтона встретили радостно Уилланс и Хестон; они считали, что назавтра устроят лагерь 7 над барьером. Когда же Бонннгтон сказал, что палатки он не принес, Уилланс и Хестон предложили ему принести палатку завтра и присоединиться к ним для штурма вершины.

После отдыха Бонингтон спустился в лагерь 5 и на следующий день, забрав все свое снаряжение, продукты, палатку и кинокамеру вышел в лагерь 6. Но он переоценил свои силы. Пройдя всего 30 м, Бонингтон понял, что с грузом ему не подняться по такому трудному пути и что шансов штурмовать вершину у него нет. Он вернулся в лагерь 5 и, оставив здесь все, за исключением палатки и продуктов, вновь пошел вверх. Лагеря 6 он достиг в 18 часов и после небольшого отдыха вновь спустился в лагерь 5.

Во время очередной радиосвязи между всеми высотными лагерями был уточнен дальнейший план действий. Уиллапс и Хестон на следующий день на верхней части барьера организуют лагерь 7; Бонингтон и Клаф поднимаются в лагерь 6; а Берк и Фрост — в лагерь 5. Это должно было обеспечить штурм вершины последовательно тремя двойками. Такой план вселял надежду на успех. Настроение у альпинистов было приподнятым.

Утром ветер усилился. Однако Уилланс и Хестон вышли вверх. Бонингтон и Клаф поднимались к лагерю 6 и достигли его к 17 часам. Погода в этот день значительно ухудшилась — начался плотный снегопад.Уилланс и Хестон не смогли установить палатку лагеря 7 и к вечеру спустились в лагерь 6 в условиях бешеной пурги. И здесь в маленькой палатке они вынуждены были ночевать вчетвером. Бонингтон и Клаф уступили лучшие места штурмовой двойке, чтобы сохранить ее силы для будущего штурма.

Утром при плохой погоде Бонингтон и Клаф были вынуждены спуститься в лагерь 5, но он был занят Берном и Фростом. Поэтому им пришлось продолжить спуск до лагеря 4. Непогода продолжалась еще двое суток. Массы выпавшего снега превратили нижележащие склоны в лавиноопасные.

Бонингтон и Клаф, находившиеся 27 мая в лагере 4, были в подавленном состоянии. Они считали, что наступает муссон и их экспедиция, находясь почти у цели, терпит неудачу. Их не утешило и то, что утром по радио Уилланс и Хестон сообщили, что собираются выйти на верхнюю часть скального барьера для установки лагеря 7 и вновь спустятся в лагерь 6. Это казалось маловероятным, так как снежная буря бушевала еще сильнее. Тревожило опасение за друзей, рискнувших в подобных условиях выходить на скальный барьер. Из-за этого беспокойства в лагере 4 радиостанция была включена несколько ранее назначенных для связи 17 часов.

Позднее Бонингтон в отчете экспедиции так описывает эти события:

“Я включил радио еще до 17 часов. И вскоре раздался голос Доугала. Он показался мне радостным.

— Всем! Всем! Вызываются все станции Аннапурны! Говорите!

Я ответил незамедлительно.

— Хелло! Доугал! Это Крис из лагеря 4. Я тебя хорошо слышу. Смогли ли вы выйти из палатки? Говорите!

Ответ Хестона удивил и одновременно обрадовал меня.

— О, конечно! У нас есть хорошая новость. Мы достигли вершины! Южная стена Аниапурны побеждена!

Мы с Клафом были поражены этим известием. Просто не верили, что это соответствует действительности”.

Спустившиеся сюда на следующий день Уилланс и Хестон подтвердили свое сообщение. Уилланс рассказал и подробности штурма.

“Мы оставили лагерь 6 в 7 часов утра. Погода там была довольно ясная, но очень холодная. Дул достаточно сильный ветер. До этого дня Доугал всегда поднимался первым, а я следовал за ним. На этот раз я был в лучшей форме и находился все время впереди... Сначала путь был нетрудным, по ветер сильно мешал. Я не испытывал никогда ничего подобного. Доугал, который находился в 30 м сзади меня, был долгое время скрыт большими снежными облаками, которые нес с собой ветер. Только к полудню мы нашли удобное место для лагеря 7. И очень обрадовались, что подъем окончился и вершина совсем близка. Не было никакого смысла устанавливать лагерь так высоко, и мы, не советуясь, продолжали восхождение. В тот момент, когда я перешел гребень, ветер кончился. На северном склоне погода была мягкая и благоприятная. Лучи солнца прорывались сквозь тучи, и это было довольно необычно.

Вершинная часть Аннапурны находилась еще в нескольких метрах над острым снежным гребнем — настоящее острие ножа. Я поднялся первым, в то время как Доугал фотографировал. Потом он догнал меня. Еще довольно четко были видны следы шагов М. Дая и Д. Эванса, которые побывали на вершине неделю назад (20 мая), поднявшись на нее по северному склону (по пути первовосходителей). С вершины ничего не было видно. Северный склон утопал в облаках. Только были видны другие вершины Аннапурны. Весь юг был закрыт морем туч. Мы оставались минут десять па вершине. В это время мы не чувствовали никакого возбуждения. Было трудно поверить, что все кончено и нам нужно спускаться вниз”.

Двумя днями позднее Т. Фрост и М. Берк предприняли повторную попытку штурма вершины. Однако ураганный ветер и крепкий мороз заставили их отступить.

Итак, штурм южной стены Аннапурны первой двойкой английской экспедиции прошел успешно. Восхождение на восьмитысячиик по маршруту такой сложности был совершен впервые. Успех англичан на Аинапурно на целый месяц опередил прохождение стены Нангапарбат из Рупала альпинистами ФРГ. Да и маршрут англичан был заметно сложнее Рупальской стены.

Покорение Аннапурны по южной стене потребовало от восходителей затраты огромных физических и моральных сил. Па вершину поднялись только двое из участников экспедиции. Но покорителями стены заслуженно следует считать всю восьмерку. Каждый из них вложил много сил в общее дело победы. Без их помощи прохождение стены было бы невозможным.

Спуск со стены проходил в сложных условиях. Уставшие альпинисты спускались по забитому свежим снегом пути. Это требовало от них дополнительной затраты сил, внимания и осторожности. Спустившись к лагерю 2, они уже считали, что все трудности остались позади. Но именно здесь и случилось несчастье — обвалившимся сераком был убит Иан Клаф. Гибель товарища и друга больно отозвалась в сердцах участников экспедиции.

По завершении этой убедительной в высотном альпинизме победы над одним из восьмитысячников по сложнейшему пути участники английской экспедиции в своем отчете сделали ряд выводов. Приведем лишь некоторые из них.

“Мы открыли, что с высот выше 7300 м можно ходить без кислорода”, — заявили они.

Но считать это открытием вряд ли закономерно. Во-первых, первовосходители на Аннапурну, французские альпинисты М. Эрцог и Л. Ляшеналь, поднимались практически без кислородных аппаратов. Не употребляя кислорода, поднимались на Нангапарбат Г. Буль, участники австрийской экспедиции на Чо-Ойю. К тому же участники английской экспедиции, совершая восхождения по южной стене Аннапурны, все же на некоторых участках применили кислород, что несомненно способствовало успеху штурма.

“Наш подъем на Аннапурну по южной стене совсем не означает конец восхождений на высочайшие вершины, а скорее это начало волнующего периода, который покажет, что теперь экспедиции на высочайшие вершины мира будут решать все более сложные проблемы”.

Этот вывод правилен и уже подтвержден последующей историей высотных восхождений.

Вместе с тем необходимо высказать и ряд замечаний в отношении практического проведения данного восхождения.

Безусловно, участники экспедиции проявили себя опытными и умелыми восходителями. Их упорство в прохождении такого сложного пути к вершине Аннапурны по южной стене заслуживает высокой оценки и достойно подражания. Однако в этом восхождении были и недостатки, которые следует учитывать альпинистам-высотникам.

Основным из них является допуск значительного риска. Из рассказов самих восходителей видно, что прохождение весьма сложных участков пути, даже тех, при которых подъем совершался по свободно висящей веревке, выполнялся на зажимах без дополнительной страховки.

Кроме того, подъем первой связки по сложным участкам проводился шедшим впереди на всю длину веревки без промежуточных ее закреплений. В этом случае при срыве впереди идущего его партнер по связке не смог бы его задержать.

Также далеко не безопасными были подъемы на больших высотах в одиночку (к примеру, Бонингтон не раз поднимался один из лагеря 5 в лагерь 6; Клаф — из лагеря 4 в лагерь 5).

Не исключено, конечно, что в отдельных случаях альпинисты бывают вынуждены допускать какую-то долю риска, но тогда следует применять все меры обеспечения безопасности.

Французы вновь атакуют Макалу. На пятую по высоте вершину мира — Макалу до 1971 г. проводилось шесть экспедиций. Только двум из них удалось покорить гигант. Первыми здесь были французские альпинисты во главе с Ж. Франко в 1955 г. Второе восхождение совершили японские альпинисты по юго-восточному ребру в 1970 г.

В 1971 г. к Макалу вновь прибыла французская экспедиция, которую возглавлял известный восходитель Франции Робер Параго.

Идея этого восхождения возникла еще в 1969 г. Тогда альпинисты Франции, совершив первовосхождение на труднодоступную вершину Жанну (7710 м) в районе Канченджанги, долго стояли на вершине и любовались открывшейся отсюда величественной панорамой гор. Робер Параго, рассматривая гордо поднимающийся на западе массив Макалу, обращаясь к Жану Бувье, участнику экспедиции на Макалу 1955 г., сказал:

— Уж если бы я полез на эту громаду, то только по западному ребру и ни по какому другому пути. На что Бувье ответил:

— Это невозможно, старина!

Однако высказанная Параго идея постепенно пробивала себе путь. Уже осенью 1969 г. Гималайский комитет Франции принимает решение об организации экспедиции на эту вершину с задачей восхождения по западному ребру.

Подготовка к экспедиции развернулась широко и продолжалась весь 1970 г. Много внимания при этом было уделено подбору снаряжения и продуктов питания. Подготовленный список включал около 3000 наименований. Общий вес запланированных для экспедиции грузов достигал примерно 14 т.

Сложность восхождения по западному ребру ставила под большое сомнение возможность применения того снаряжения, которое до сих пор использовалось в высотных экспедициях.

Были разработаны палатки нового типа с плоской синтетической кровлей и трапециевидными металлическими каркасами. При весе такой палатки 6 кг она могла выдержать порывы ветра до 100 км/час. Включены были разборные платформы для организации висячих биваков на стенных участках. Спальные мешки простой прямоугольной формы изготовлялись из нейлона и содержали по одному килограмму пуха каждый. В комплект высотной одежды включалось: белье, рубашки из джерси, свитер из толстой шерсти и легкая пуховая куртка; пуховые брюки из поплина; кроме легкой куртки была еще одна, более тяжелая пуховая куртка с капюшоном (более теплая) и штормовой костюм для защиты от ветра и от повреждений пуховой куртки о скалы. Предусматривалось три пары перчаток — шерстяные, шелковые и кожаные. От применения застежки “молния” на одежде было решено отказаться.

Ботинки изготовлялись из двух слоев кожи с прокладкой между ними фетра, с меховым вкладышем. К таким ботинкам пристегивались голенища двойной конструкции — внутренняя из синтетического материала, а внешняя — из хлопчатобумажной ткани. Доходили такие голенища до колеи. Поверх ботинок надевались гетры из 6-мм неопрена. Весь комплект обуви весил 6 кг.

Металлическое снаряжение было взято обычное, в том числе крючьев разных 540 штук и несколько шлямбурных для подвески платформ. Веревки нейлоновые 7- и 9-мм. В качестве топлива предполагалось использовать пропан-бутан в патронах по 400 г.

Альпинистский состав был подобран опытный: Р. Параго, Л. Берардини, Ф. Гийо, Р. Жакоб, К. Жаге, П. Мелле, Ж. Пари, Ж. Пайо, Я. Сепьёр, Ж. Моска и Ж. Маршаль (врач экспедиции).

Базового лагеря (4900 м) в ущелье Барун экспедиция достигла 19 марта. С этого момента начинается деятельная подготовка пути и заброска промежуточных лагерей силами альпинистов и шерпов. Базовый лагерь устраивался капитально. Построена каменная хижина с возможным комфортом.

Из района базового лагеря Параго удалось совершить облет Макалу на вертолете. При этом подтвердилось, что ключевым участком пути к вершине служит четырехсотметровый отвесный взлет западного ребра на высоте между 7380 и 7770 м. Снизу к ребру ведет путь по протяженному снежному гребню с двумя вершинами, названными альпинистами Близнецами.

Прохождение первой части маршрута началось 25 марта. До 14 апреля был пройден гребень Близнецов, навешено 2000 м перил и организованы три первых промежуточных лагеря (1-й - 5300 м; 2-й - 5800 и 3-й - 6500 м). Альпинисты предприняли попытки подняться и выше лагеря 3, но ухудшавшаяся в последние дни погода перешла в снежную бурю, вынудившую всех участников экспедиции спуститься в базовый лагерь. Это была та самая буря, которая принесла несчастье экспедиции на Джомолунгму, руководимой Н. Диренфуртом.

Буря продолжалась в районе Макалу 13 дней. Отдельные группы альпинистов из французской экспедиции пытались выходить па маршрут в эти долгие дни, но их усилия были напрасны — буря заставляла отступать. Мрачные мысли преследовали их. Неужели наступил муссон, неужели все их стремления, все усилия пропали даром? И все же они не теряли надежды и, набравшись терпения, ждали прекращения непогоды.

Наконец их выдержка была вознаграждена. Снежная буря стихла, как по волшебству. Над горами — безоблачное густо-голубое небо. Макалу предстает перед ними чистая и сияющая от свежевыпавшего снега.

Поднявшись в лагерь 3, альпинисты обнаруживают полный разгром — палатки повалены и порваны, все забито снегом. Несмотря на это, штурм продолжался. Сеньёр и Мелле 29 апреля проходят по острому, как нож, снежному гребешку к вертикальному взлету западного ребра. Высота 7380 м. Здесь организуется лагерь 4. Площадки нет, и альпинистам приходится ее вырубать в ледовом склоне, а это изнурительная работа на такой высоте.

На следующий день с утра погода хмурится. Но изголодавшиеся по штурму спортсмены рвутся вверх — Мелле и Сеньёр начинают штурм стены. Преодолев небольшой желоб, Сеньёр проходит нижние сложные участки этого ключевого пояса.

На следующий день, 1 мая, атака на стену продолжается. Очередной ее участок — барьер из гладких плит. Их приходится проходить только на использовании трения. За этот день удалось навесить перила еще на 100 м стены.

После трехдневной тяжелой работы на стене 3 мая Сеньёр и Мелле спустились в лагерь 3 для отдыха. На смену им вышли Пайо и Моска.

На следующий день они заканчивают прохождение участка плит, представлявших первый барьер вертикального взлета.

Мелле и Сеньёр 4 мая пробираются с пятью шерпами в лагерь 4. Ветер, начавшийся с утра небольшими порывами, ко второй половине дня усиливается до ураганного. В этих условиях установить вторую палатку удается лишь с большим трудом. Да и ночь в этом лагере прошла тревожно. Холод отчаянный. На альпинистах надето полностью все пуховое снаряжение. И все же они мерзнут и долго не могут заснуть.

На следующее утро ветер не стихает, но Сеньёр и Мелле выходят па стену. Очень долго Сеньёр штурмует вертикальный внутренний угол. Страхующему его Мелле страшно холодно. Руки и ноги его начинают терять чувствительность. Отвоевали они у стены всего 50 м, но устали до предела. Приходится спускаться.

На следующий день, 6 мая, штурм стены продолжается. Ветер все так же неистовствует, но чувствуется, что его порывы слабеют. Только за три часа штурмовая двойка достигает вчерашней точки. Отсюда Сеньёр проходит траверсом вправо 15 м. Мелле, страхующий товарища, снова страшно мерзнет. Здесь ветер продувает, как в аэродинамической трубе. Когда Мелле добирается к товарищу, тот видит, что руки у него белы как снег. Сеньёр предложил немедленно спускаться, но Мелле запротестовал. Он начал их усиленно растирать, и, к удивлению Сеньёра, руки Мелле начали розоветь, оживать. И снова — вверх! Еще одна веревка отвоевана у стены.

В лагерь 4 Мелле и Сеньёр спустились смертельно усталыми. Они даже не могли разговаривать с товарищами и стоять на ногах. Спать! Только спать!

Трехдневный отдых вернул им силы. Вновь вверх. 8 мая они вышли из лагеря 4 только в 8 часов 30 минут, хотя этот выход намечался значительно раньше. Помешал крепкий мороз. Погода ясная, Мелле и Сеньёр довольно быстро проходят обработанные участки. Район плит и далее пришлось преодолевать на зажимах — один в качестве опоры для груди, а другой — для ноги. Рюкзаки при этом подвешивались к поясу на веревке.

Параго с двумя шерпами пытались организовать лагерь 5 на фирновой полочке. Но она оказалась слишком узкой для установки палатки.

В тот же день Мелле и Сеньёр заканчивают прохождение скального барьера и выходят на вершинные склоны. К этому времени начавшийся ранее снегопад еще более усиливается. Пришлось спускаться. Утром они продолжали спуск до лагеря 2. Для Мелле и Сеньёра требовался длительный отдых.

В последующие два дня Берардини и Маршаль установили лагерь 5 (7650 м). Эти два дня напряженной работы при ураганном ветре и довольно сильной метели потребовали от них много сил, непогода не позволила им на следующий день выйти для завершения штурма вершины.

Неудачен был выход и следующей двойки. Пайо и Моска поднялись до высоты 7700 м и установили здесь лагерь 6. Им удалось натянуть 400 м перил выше этого лагеря. Однако на штурм вершины они выйти не смогли из-за неисправности кислородной аппаратуры.

На следующий день началась напряженная работа по подъему из лагеря 5 в лагерь 6 палатки, двух спальных мешков, веревок, горючего, пяти баллонов кислорода и продуктов.

Прохождение с таким грузом сложного пути, на котором ряд участков требовал подъема на зажимах, далось с большим трудом. Только что выздоровевший Жакоб настолько вымотался от такой нагрузки, что был вынужден вернуться вниз. Вышедшие в тот же день к вершине Гийо и Пари вернулись в мрачном настроении и весьма утомленными. Гийо настолько разбит, что уговоры Сеньёра принять участие наутро в штурме вершины с их двойкой не достигают цели. Он чувствует себя очень усталым и хочет идти только вниз. В то же время Пари с радостью принимает такое предложение.

Ночь проходит напряженно. Высота дает себя чувствовать, приходится подкрепляться кислородом. Мучают и мысли — удастся ли завтра преодолеть оставшиеся 700 м по высоте и достичь вершины?

Подготовка к выходу на штурм начинается в полночь. В 2 часа 30 минут Мелле, Сеньёр и Пари выходят к вершине. За спиной у каждого по одному баллону кислорода. Еще по одному они возьмут на 100 м выше, где их оставили Пайо и Моска.

Добравшись до конца перил, штурмовая тройка пошла на двойной веревке — характер пути позволил это. Наконец, альпинисты у соединения западного и юго-восточного ребер. Теперь только вершинный гребень отделяет их от цели штурма.

С подъемом кислородная аппаратура работает все хуже. Выводной клапан забивается льдом. На 8100 м кислородный аппарат у Пари вышел из строя. Он снял его, оставил вместе с баллонами и пошел дальше.

Вскоре альпинисты остановились для отдыха. Они страшно хотели пить. Кипячение чая заняло бы много времени, и они натопили из снега воды и выпили ее чуть теплой. На месте отдыха оставляется все, что только можно было оставить, — радиостанция, лишние кассеты и другие вещи; с собой альпинисты берут только кинокамеру, кислородные баллоны, молоток и крючья для скального взлета (между 8200 и 8300 м). Но все же груз у каждого из них доходил до 10—12 кг.

Отсюда до скального взлета — снежный гребень, широкий и несложный. Восходители проходят его без связки. Этот гребень упирается и скальную стенку из красноватого гранита высотой около 100 м — сложное препятствие на пути к цели. Однако ее удалось обойти траверсом с юга, но окончании которого тройка подошла к тому участку стены, где па ней висел двенадцатиметровый кусок веревки, оставленный японскими альпинистами в предшествующем году при восхождении по юго-восточному гребню.

Неожиданно альпинисты легко проходят несколько веревок по ледяному склону — и вот они на верхней части стены. Здесь отказал кислородный аппарат у Сеньора. Он снял маску и почувствовал облегчение. Взглянув на клапан аппарата, он увидел, что тот полностью забит льдом. Клапан очистили ото льда. Высота — 8300 м, Пари, поднимавшийся последние 200 м без кислорода, чувствует себя сильно уставшим.

— Идите без меня, — говорит он товарищам. — Уже поздно, и вы без меня пойдете быстрее.

Сеньёр и Мелле ставят свои кислородные аппараты на подачу 4 л в минуту и сразу же чувствуют большее облегчение. Двойка идет к вершине.

Последние 170 м были пройдены достаточно легко, Мелле и Сеньёр на вершине. Кругом их горы, горы. Почти рядом на северо-западе высятся Джомолунгма и три вершины Лхоцзе. А за ними — сотни и тысячи других вершин, тонущих в синеватой дымке дали. На востоке поднимается знакомый французским восходителям обелиск Жанну. Непосредственно за ним мощный массив Канченджанга, непокоренные вершины которой — Западная, Средняя и Южная — еще ждут своих победителей.

Победа восходителей Франции над западным ребром Макалу (притом в сложных метеоклиматических условиях) была признана в альпинистском мире как лучшее достижение в горовосхождсниях 1971 г. Высоко оно было оценено и во Франции. Руководитель Робер Параго был награжден орденом Почетного легиона.

Осенью 1972 г. югославские альпинисты планировали экспедицию на вершину Кангбачен (7902 м) и после ее покорения попытаться продолжить траверс до Западной вершины Канченджанги, но они не получили разрешения от непальского правительства на проведение такой экспедиции. Вместо этого им было предложено переключиться па Макалу.

Организаторы приняли это предложение, и уже 5 сентября участники экспедиции были на месте базового лагеря (4900 м) в ущелье Барун и наметили маршрут восхождения по южной стене.

Действовали альпинисты энергично. 8 сентября был создан лагерь 1 (5800 м). Из-за длительной непогоды лагерь 3 (6200 м) установили только 4 октября.

23 октября двойка в составе Д. Ажмана и М. Малежича достигла места лагеря 5 (7900 м). Очередной задачей являлся подъем до так называемой “Французской щели” в западном гребне. При очередном выходе на обработку стены альпинисты остановились на 50 м ниже “Французской щели”. Здесь предполагалось создать лагерь 6 (8329 м). Но погода вновь ухудшилась. К тому же несколько альпинистов были больны. Все это заставило участников экспедиции спуститься в базовый лагерь, и экспедиция была закончена.

Югославские восходители смогли подняться до высоты 8329 м. Это уже успех экспедиции, и, если бы им благоприятствовала погода, они покорили бы вершину.

Джомолунгма дает отпор. Величайшая вершина мира — Джомолунгма в течение 50 лет (1921—1970 гг.) привлекала наибольшее внимание восходителей. За эти полвека на нее организовывалось 27 экспедиций, не считая трех попыток “одиночек” — горных “Дон-Кихотов” — попыток, по своему характеру авантюристичных, заранее обреченных на провал.

За время проведения указанных экспедиций Джомолунгма была покорена шесть раз, при этом восходители добились победы над ней по трем различным путям: с Южного седла, по северному ребру и по западному гребню. Всего по этим маршрутам на вершину поднялось 28 человек. Первый из них проходился уже четырежды, а остальные — по одному разу. Однако до сих пор пройденные маршруты не теряют своей популярности, и далеко не каждой экспедиции удается пройти такие пути и стать покорителем Джомолунгмы.

Наибольшее количество экспедиций избирало путь к вершине с юга — через ледопад Кхумбу, Западный цирк, Южное седло (17 из 27). Участники этих экспедиций, проходя по пути к Южному седлу, не могли не обратить внимание на юго-западную стену массива, поднимающуюся над Западным цирком. Эта стена представляется скальным склоном средней крутизны более 50°, поднимающимся от высоты 6600 м до самой вершины с перепадом высот в 2250 м. Ее почти сверху донизу прорезают оледенелые кулуары. Вследствие своей экспозиции эта стена мало освещается солнцем, кроме самой верхней части, и поэтому в ее углублениях, особенно в кулуарах, обычно много натечного льда, на многих участках крутизна стены значительно увеличивается. На стене очень трудно найти места для размещения промежуточных лагерей. Прохождение ее даже по частично подготовленному пути может занять 8—10 дней. Преодоление скал требует высокой квалификации восходителей и огромной выносливости. Поэтому ее прохождение под силу лишь сплоченной, опытной, выносливой и высокоорганизованной группе альпинистов.

Если добавить к этому низкие температуры, влияние высоты, а также частые периоды непогоды, обычные на этих высотах, то сложность прохождения такой стены возрастает еще больше.

Однако, как ясно из вышеизложенного, лучшие альпинисты мира, покорив все восьмитысячники по наиболее доступным путям, перешли к их штурму по все усложняющимся маршрутам. К концу шестидесятых годов дошла очередь и до весьма сложных, так называемых стенных, маршрутов. В 1970 г. уже было совершено два таких восхождения — на Аннапурну по южной стене и на Нангапарбат тоже по южной стене.

Первым заявку на прохождение стены Джомолунгмы от имени американских альпинистов представил Н. Диренфурт в 1967 г. В ней испрашивалось разрешение непальского правительства на штурм этой стены в сезоне 1968 г. Но на эту заявку был получен отказ, и экспедиция 1968 г. не состоялась.

Первую попытку, практически осуществленную, предприняли японские альпинисты в 1969 г. В тот год весной проводилась небольшая японская экспедиция со скромными задачами разведки условий прохождения стены. В экспедиции, которой руководил И. Футжита, было всего четыре альпиниста. Несмотря на такие ограниченные силы, они прошли ледопад Кхумбу и вышли в Западный цирк к подножию самой стены. Не ограничившись наблюдением стены с различных точек, фото- и киносъемкой, японские альпинисты попытались даже пройти нижнюю часть стены с целью ее исследования.

Вернувшись на родину в конце мая, они привезли достаточно богатый материал. Но руководителей японского клуба альпинистов, видимо, эти результаты не удовлетворили. Осенью того же года они направляют другую, более мощную экспедицию в район Джомолунгмы с задачей более глубокой разведки и прохождения значительной части стены.

Осенняя экспедиция прибыла к месту базового лагеря 30 сентября. Полтора месяца участники экспедиции, которой руководил С. Мацуката, упорно проходила один участок стены за другим. Они достигли высоты 8050 м. Не исключало было бы при удачно сложившихся обстоятельствах и достижение вершины. Но ограниченные задачи разведки и необходимость оставить для экспедиции 1970 г. часть снаряжения и продуктов, а также ухудшение погоды привели к окончанию экспедиции. Следует заметить, что результаты этих двух экспедиций не публиковались в широкой альпинистской печати.

Весной 1970 г. к Джомолунгме прибыла очередная японская экспедиция, на этот раз чрезвычайно многочисленная. Только альпинистская группа ее насчитывала 23 участника. Фактически она объединила три экспедиции. Первая должна была совершить восхождение на высочайшую вершину по ставшему классическим пути через Южное седло. Вторая, горнолыжная, ставила перед собой цель также подняться на вершину с Южного седла и спуститься оттуда на лыжах. Третья, наиболее мощная, нацеливалась на прохождение юго-западной стены.

Казалось, что у стенной группы были все условия для успешного штурма — отличное обеспечение, опытный состав, почти исчерпывающие материалы разведок.

Пройдя через ледопад Кхумбу в Западный цирк, ее участники предприняли попытку начать прохождение стены. Однако вскоре они от этого намерения отказались. Главной причиной отступления, по мнению японских альпинистов, явилось состояние стены после длительного периода особенно теплой погоды в этом районе. Если в обычных условиях значительная часть стены залита натечным льдом и он, скрепляя многочисленные обломки скал, почти исключает вероятность камнепадов, то теперь натечного льда на стене почти не было и она стала опасной для восходителей. Японские альпинисты считали большим счастьем, что их группе удалось благополучно вернуться с той части стены, на которую они успели подняться.

Итак, японская экспедиция 1970 года отказалась от штурма стены, но при первой же возможности решила повторить штурм.

В 1971 г. настала очередь американцев. На сей раз это была американская многонациональная экспедиция. В нее были включены восходители многих стран: США, Англии, Франции, Италии, ФРГ, Швейцарии, Норвегии, Индии, Австралии и Японии. Возглавил ее Н. Диренфурт. Основной задачей экспедиции было восхождение на высочайшую вершину мира по юго-западной стене. Одновременно в план включалось и прохождение западного ребра, по которому прошла двойка американских альпинистов в 1963 г. Заместителем начальника экспедиции был назначен Д. Роберте, англичанин, но постоянно проживающий в Индии, большой знаток Гималаев и неоднократный участник восхождений на их вершины. В состав группы альпинистов вошли: Д. Эванс, Д. Айлс и Г. Колливер (США); Д. Уилланс и Д. Хестон (Англия); П. Мазо (Франция); К. Маури (Италия); Н. Уэмура и Р. Ито (Япония); У. Элиассен и И. Тейгланд (Норвегия); А. Хибелер (ФРГ); Л. Шлёммор и В. Акст (Австрия); X. Бахугуна (Индия); И. Воше и М. Воше (Швейцария). Наиболее опытными из них были английские восходители, а также японские альпинисты и итальянец К. Маури.

Мировая альпинистская печать широко откликнулась на известие о планировании этой экспедиции и обсуждала различные вопросы, касающиеся ее проведения. Больше всего вызывало сомнений, не помешает ли языковый барьер, а также возможность сочетания личных влечений и интересов с общими задачами экспедиции. Особенно скептически оценивался последний вопрос.

Экспедиция прибыла к Катманду 16 февраля и 23 марта разбила базовый лагерь у ледопада Кхумбу на высоте 5400 м. Силами 1000 носильщиков сюда было переброшено 36 т грузов, и сразу же началась деятельная подготовка пути к вершине.

К 12 апреля были созданы два промежуточных лагеря: первый из них — на ледопаде Кхумбу (6000 м) 3 апреля и второй — в Западном цирке (6600 м) 5 апреля. Одновременно в эти лагеря шерпы доставляли необходимые грузы.

Альпинистский состав был разбит на две группы: одна из них должна была штурмовать вершину по юго-западной стене, а вторая — по западному ребру. Решением руководства экспедиции первую группу возглавил Д. Эванс (США), вторую группу—В. Акст (Австрия). С этого момента началась подготовка к выходу на указанные маршруты.

Следует заметить, что до этого момента разногласий среди участников не возникало. Лишь в пути из Катманду начались разговоры о том, кто же из участников войдет в штурмовые группы, а кто во вспомогательные. Тогда Диренфурт сказал участникам: “В нашей экспедиции нет “звезд”, находящихся на особом положении; никакого распределения участников на штурмовые и вспомогательные группы мы не делали и не собираемся делать. Все будут участвовать в штурме. А до вершины, видимо, дойдут сильнейшие”.

Это разъяснение руководителя экспедиции временно успокоило ее участников. Но все же данный вопрос не был снят с повестки дня. Ни участники экспедиции, ни ее руководство не знали друг друга до прибытия в Катманду. В национальных экспедициях участники часто собираются вместе, разрабатывают планы восхождений, их тактику и организацию. Здесь же встретились альпинисты, многие из которых даже не видели друг друга. Несомненно, все это до предела осложнило положение руководства.

К 12 апреля все как будто бы уточнилось. В группу на западное ребро вошли: В. Акст, X. Бахугуна, П. Мазо, К. Маури, Иветта и Мишель Воше, представлявшие пяти стран. Остальные составили вторую, стенную, группу. Казалось, все получили удовлетворение. И началась работа обеих групп на своих маршрутах.

Уже 12 апреля по пути к западному ребру вышла двойка в составе Акста и Бахугуны. Уилланс и Хестон уже действовали на стенном маршруте. Погода не очень благоприятствовала продвижению групп по маршрутам — часто дул сильный ветер, было очень холодно. Но восходители упорно продвигались вверх, надеясь, что погода все же улучшится.

Взаимоотношения вскоре вновь обострились. Вечером 17 апреля участники группы западного ребра высказали Диренфурту ультимативное предложение: значительно увеличить количество шерпов, помогающих в заброске промежуточных лагерей. Если этого не будет сделано, то следует западную группу переключить на классический путь через Южное седло.

Диренфурт напомнил представителям западной группы, что основной задачей экспедиции является штурм стены и поэтому группа западного гребня должна обходиться теми силами, которые ей предоставлены. Он добавил также, что для ускорения подготовки пути они (сами альпинисты) могли бы помочь в забросках, как это делалось и делается во многих высотных экспедициях. Участники западной группы не удовлетворились таким разъяснением.

Этот разговор оставил у Н. Диренфурта неприятный осадок. К тому же уже на следующий день на экспедицию обрушилось тяжелое несчастье.

Акст и Бахугуна, уже пять дней энергично работавшие на прокладке пути к западному ребру, решили спуститься. Добравшись до перил, натянутых в обход скального выступа, Акст первым стал проходить этот сложный участок. Обычно на пути лежал снег, и передвигаться по нему, придерживаясь за перила, было нетрудно. Но в тот день снега не было. После нескольких дней бушевавшего ветра оголился лед. Аксту с трудом удалось пройти этот участок. К тому же ветер усиливался и начиналась пурга. У конца перил Акст остановился в ожидании Бахугуны. Того не было видно из-за выступа скал. Акст ждал его минут двадцать. Затем начал кричать Бахугуне, но ответа не получил. Тогда он начал быстро спускаться в лагерь 2 и там сказал, что Бахугуна у перил терпит бедствие.

Срочно созданная спасательная группа в составе Уилланса, Элиассена, Маури, Мазо, Воше, врача Стила и одного шерпа вышла к месту происшествия. Спасти Бахугуну им не удалось. Помешала этому снежная буря, продолжавшаяся 10 суток.

Эти события, видимо, вывели Диренфурта из равновесия, и он дал согласие западной группе переключиться на маршрут через Южное седло. Заместитель руководителя Робертс считал это решение Диренфурта ошибочным. По его мнению, задержка из-за гибели Бахугуны и снежной бури привела к значительному сокращению запасов питания, и теперь они могли обеспечить только одно восхождение по стене.

Однако разрешение Диренфурта данное группе западного ребра воспользоваться маршрутом через Южное седло оказалось неосуществимым — все шерпы категорически отказались идти по этому пути, ссылаясь на то, что после снежной бури на нем выпало много снега и возникла большая лавинная опасность. Возмутившиеся Мазо, Маури и оба Воше обвинили Диренфурта в том, что он помогает только стенной группе и умышленно срывает их восхождение. После таких острых разговоров четверо участников западной группы (Мазо, Маури и оба Воше) покинули экспедицию и уехали в Катманду. Еще раньше в Катманду отбыл и А. Хибелер, потрясенный гибелью своего друга Бахугуны.

Силы экспедиции уменьшились. А вскоре она понесла и другие потери — по настоянию врача Стила были эвакуированы в базовый лагерь заболевшие Эванс, Колливер, Акст, Шлёммер и оба норвежца У. Элиассен и И. Тейгланд. Затем заболел ангиной и сам Диренфурт. Он был эвакуирован в Катманду, а затем и в Европу. Экспедиция оказалась в тяжелом положении. Работоспособными оставались только два английских и два японских альпиниста. Положение со штурмом стены усложнилось. К этому времени Уилланс и Хестон, а также деятельно помогавшие им японские альпинисты, конечно, устали. Через неделю к ним подключились выздоровевшие австрийские альпинисты.

Заменивший руководителя Роберте всячески способствовал усилиям этой группы. По намеченному плану штурм вершины должен был предприниматься из лагеря 5 (7925 м). Уилланс и Хестон решили, что отсюда попытка штурма малореальна. Они создали штурмовой лагерь на высоте 8236 м. До вершины отсюда оставалось немногим более 600 м.

К этому времени обстановка на стене еще более усложнилась. Английские альпинисты находились на непосредственных подступах к вершине, а остальные участники этой теперь уже небольшой группы действовали где-то на середине стены. Даже при острой необходимости они не могли оказать штурмующей двойке какой-либо помощи в самый кульминационный момент штурма вершины. К тому же Уилланс и Хестон были сильно утомлены и у них кончался запас продуктов. Важно было поднести штурмующей двойке продукты, поддержать морально и дать отдохнуть хотя бы один день. Только при этом Уилланс и Хестон смогли бы выйти на окончательный штурм вершины с вероятностью успешного его завершения. Но вспомогательная группа была далеко внизу и не могла достаточно быстро подойти к ним. А время торопило — приближался муссон. В этих сложных условиях Уилланс и Хестон, находясь под самой вершиной, нашли в себе достаточно мужества отказаться от рискованного штурма и начали спускаться.

Внешне это выглядело отступлением, по любой опытный альпинист-высотник поймет, что нередко и борьбе за покорение высочайших вершин отступление бывает наиболее правильным действием. Они были вынуждены отступить, так как истощили все свои силы. Продолжение штурма в таких условиях весьма рискованно и может привести к серьезным последствиям. В положении Уилланса и Хестона выходить на штурм вершины было в высшей степени рискованно. Без продуктов, когда силы на исходе, в условиях возможного приближения муссона, без поддержки товарищей такой штурм мог бы стать катастрофическим.

Несмотря на незавершенность штурма Уиллансом и Хестоном, их вклад в освоение юго-западной стены высочайшей вершины мира более чем значителен. Они доказали, что при благоприятных условиях эта стена проходима.

В то же время нельзя не сказать несколько слов об экспедиции. Вряд ли можно признать рациональным организацию подобных экспедиций, где собраны восходители самой различной подготовки: от опытных высотников до не бывавших в высоких горах альпинистов, не знающих друг друга, не ходивших на совместные восхождения, говорящих на разных языках. Это весьма рискованное мероприятие, особенно для решения таких сложных задач. К тому же, на наш взгляд, большим недостатком в организации данной экспедиции было то, что участники непосредственного штурма не знали своей роли в этом восхождении. Это был не такой состав, который мог бы действовать “с листа”, да еще в сложнейшем восхождении. В конце концов сама экспедиция доказала это — наиболее успешно действовали национальные “двойки” восходителей — английская, японская, австрийская, в которых были альпинисты, хорошо знавшие друг друга.

Ряд зарубежных авторов-альпинистов основными причинами незавершенности (мы подчеркиваем — незавершенности, а не неудачи) экспедиции считают недостатки в ее руководстве. Мы не склонны разделять эту точку зрения. Как Н. Диренфурт, так и Д. Робертс сделали очень много для того, чтобы экспедиция прошла успешно. Нам кажется лишь ошибочной сама идея организации экспедиции с таким составом. Видимо, это ясно теперь и самим ее организаторам и руководителям.

И все же экспедиция 1971 г. решила ряд проблем. После прохождения Уиллансом и Хестоном юго-западной стены до высоты 8236 м эта стена потеряла свою таинственность и неопределенность. Теперь известны не только направление штурма по этой стене, но и сам маршрут и условия его прохождения, возможные места для организации промежуточных лагерей. Ясно также и то, что штурмовую группу должна сопровождать достаточно сильная вспомогательная группа, находящаяся в непосредственном контакте со штурмовой и способная при необходимости помочь ей при каких-то осложнениях обстановки и даже повторить восхождение.

Штурм юго-западной стены на этом не закончился. На 1972 г. заранее была запланирована следующая экспедиция с такой же задачей. Инициаторами ее стали альпинистские организации ФРГ, а руководителем был намечен К. Херлигкоффор, неоднократно возглавлявший экспедиции на Нангапарбат, в том числе и экспедицию 1970 г., добившуюся победы над Рупальской стеной этой вершины.

Руководство и участники экспедиции 1972 г. имели возможность учитывать опыт предшествовавших попыток прохождения стены. Это создавало для них благоприятные условия и надежду на успех прохождения.

К выполнению задачи все было подготовлено. Снаряжение и оборудование были самыми современными и высококачественными. Состав альпинистской группы вполне соответствовал такой задаче восхождения, как штурм сложной юго-западной стены высочайшей вершины мира.

Следует оговориться. Состав экспедиции не был национальным. В нее были включены восходители ФРГ, Австрии и Англии. Но это не смущало К. Херлигкоффера. Он не считал это недостатком и в экспедиции Диренфурта. К тому же включение англичан, уже имевших опыт штурма южной стены Аннапурны и поднявшихся до большой высоты в предшествующем штурме юго-западной стены Джомолунгмы, несомненно усилило альпинистскую группу экспедиции 1972 г. Во всяком случае Херлигкоффер был полон оптимизма в отношении перспектив экспедиции.

Покинув в марте Мюнхен, участники очередного штурма юго-западной стены уже 3 апреля организовали базовый лагерь на высоте 6100 м в Западном цирке и энергично приступили к подготовке наступления на Джомолунгму.

На первых этапах штурма все шло успешно, но вскоре экспедицию стали преследовать неприятности. Первой из них были достаточно серьезные заболевания сразу трех участников, в том числе и руководителя экспедиции Херлигкоффера. Врач настоятельно рекомендовал ему эвакуироваться в Катманду для лечения, по тот категорически отказался. Не заставил его изменить своего решения и несчастный случай с австрийцем В. Хагеном, которому камнем сломало ногу и которого сорвало со склона. От дальнейшего падения по склону его удержали товарищи.

Но затем болезнь Херлигкоффера обострилась, и эвакуация стала неизбежной. Его отправили в Катманду, откуда он вскоре выехал на родину. Заменил его соотечественник Михель Андерл.

Все это, однако, не помешало продолжению штурма. Были составлены две штурмовые группы. В одну из них входили два англичанина и два австрийца, в том числе победитель южной стены Аннапурны Дон Уилланс. Во вторую группу входили один австриец и один альпинист ФРГ.

Штурм развивался. Первая штурмовая группа, успешно продвигаясь к вершине, создала лагерь 5 (7850 м). Но вскоре погода резко ухудшилась. Горы закрылись мрачными тучами. Отчаянно ревел и свистел ветер, не стихающий ни днем, ни ночью. Альпинисты были вынуждены временно отступить, что оказалось весьма сложным в подобных условиях.

С отъездом Херлигкоффера среди участников экспедиции возникли разногласия, которые со временем все более обострялись. В основном они развивались между Андерлом, которого поддерживал австриец Феликс Кюн, и англичанами. Причиной их было якобы стремление англичан первыми штурмовать стену, не считаясь с другими участниками. Дошло это до того, что Андерл не разрешил выход англичан на продолжение штурма после периода непогоды. Тогда английские альпинисты покинули экспедицию.

Официальной причиной неуспеха на решающем этапе штурма считается непогода. В то же время нельзя не сказать, что этому в какой-то мере способствовало и наличие разногласий среди участников экспедиции.

Итак, три крупные экспедиции, ставившие своей целью покорение юго-западной стены Джомолунгмы, не привели к ее прохождению. Но в двух последних из них альпинисты значительно превысили восьмикилометровую высоту, что является подтверждением возможности успеха в достижении вершины по этому сложному пути. На пресс-конференции в Лондоне Дон Уилланс подчеркнул, что юго-западная стена Джомолунгмы может быть пройдена. Он даже выразил уверенность, что она в скором времени будет побеждена.

Английские альпинисты решили организовать самостоятельную экспедицию с целью штурма Джомолунгмы по ее юго-западной стене. Они полагали, что шансы для успешного выполнения этой задачи у них есть. Опыт прохождения южной стены Анпапурны и подъем в двух международных экспедициях их группы до исходного пункта штурма вполне подтверждают это. Единственным препятствием может стать непогода, но от этого никто не застрахован.

В июне для английских альпинистов выяснилась приятная неожиданность: итальянские коллеги отказались от своей заявки на штурм Джомолунгмы осенью 1972 г. Появилась возможность занять их место, хотя это было связано с большими трудностями ввиду весьма малого срока на подготовку. Практически оставалось всего два месяца. Но англичане понимали, что иных шансов у них нет, и поэтому бросили все силы для эффективного использования предоставившейся возможности.

Уже 10 сентября участники английской экспедиции достигли места базового лагеря у ледника Кхумбу. Экспедицию возглавлял К. Бонингтон. Его заместителем стал Д. Роберте. В состав альпинистской группы вошли: Д. Хестон, X. Макиннес, Д. Скотт, М. Берк, Н. Эсткорт, Д. Бейгет, Г. Тисо и другие, всего 11 альпинистов. К большому сожалению руководства экспедиции и ее участников, не мог к ней присоединиться Дон Уилланс, занятый в это время на своей основной работе. Шефство над экспедицией принял Джон Хант.

К 14 сентября Базовый лагерь (6430 м) был полностью оборудован, и началось энергичное продвижение в Западный цирк. Успешно преодолев ледопад, альпинисты создали лагерь 2 (6580 м) под самой юго-западной стеной, явившейся передовым базовым лагерем. Сюда было доставлено все имущество экспедиции для обеспечения штурма стены. Уже в самом начале октября развернулось и прохождение пути к вершине.

Первому выходу на стену, в котором участвовали Н. Эст-корт и Д. Бетгейт с тремя шерпами, с целью достичь высоты 7000 м и организовать там лагерь 3 пометала непогода. Эту задачу удалось выполнить М. Берку и Д. Скотту и двум шерпам 5 октября.

12 октября был создан лагерь 4 (7600 м), но дальнейшее продвижение по стене приостановил обильный снегопад, заставивший восходителей скрыться в палатке. После снегопада работы продолжались.

Непогода явно пыталась сорвать усилия альпинистов. В начале двадцатых чисел октября вновь начался снегопад, продолжавшийся четверо суток. Он также задержал восходителей в лагере 4.

В результате снегопада по стене начали сходить лавины с осколками скальных пород. Одна из них серьезно повредила лагерь 4, а находившиеся здесь альпинисты Н. Эст-корт и Д. Бетгейт были травмированы падающими камнями. Пришлось эвакуировать их вниз, что потребовало больших усилий и значительного времени.

Но уже 26 октября из базового лагеря вышли Д. Скотт и М. Берк, чтобы восстановить лагерь. Они смогли подняться только до лагеря 1 (6000 м). Несмотря па упорные стремления участников штурма восстановить лагерь 4 и организовать лагерь 5, выполнить это до 28 октября они не могли. Собравшиеся в передовом базовом лагере участники экспедиции еще надеялись, что путь к высотным лагерям через несколько дней восстановится и они продолжат штурм.

В первой половине ноября участникам экспедиции все же удалось восстановить лагерь 4, организовать лагеря 5 (7600 м), 6 (7900 м) и 7 (8200 м), несмотря на то что погода оставалась неблагоприятной — периодические снегопады, сильные ветры и низкая температура.

На 16 ноября был намечен финальный штурм вершины двойкой в составе Д. Хестона и X. Макиннеса. Непогода вновь не дала возможности этой двойке завершить усилия экспедиции.

Тогда план был изменен: штурмовая двойка отказалась от завершения штурма по стене. Д. Хестон и X. Макиннес приняли решение из лагеря 7 траверсировать юго-западный склон к южному гребню и по этому пути первовосходителей попытаться достигнуть вершины. То было бы первое осеннее покорение Джомолунгмы.

Но неудачи продолжали преследовать экспедицию. Накануне выхода разразился буран, ураганный ветер и сильный мороз заставили экспедицию отступить.

Так юго-западная стена высочайшей вершины мира в четвертый раз отстояла свою неприкосновенность. Но надолго ли?

Японская экспедиция па Джомолунгму в 1973 г., так же как и экспедиция этой страны в 1970 г., имела в своем составе и стенную группу, состоящую из опытных восходителей. Она пользовалась материалами двух (осенней и весенней) экспедиций 1969 г. и экспедиции 1970 г.; альпинисты были хорошо знакомы с характером пути по юго-западной стене и условиями этого района. К тому же осенью 1969 г. они поднимались по ней до высоты более 8000 м. Все это, несомненно, способствовало решению поставленной задачи.

Прибыв в район Джомолунгмы, они прошли ледопад Кхумбу, разбили промежуточные лагеря и снабдили их необходимыми запасами, затем приступили к штурму стены. Следует заметить, что, несмотря на осенние условия, подъем проходил весьма успешно. Высотные лагеря возникали один за другим.

Так продолжалось до пояса крутых скал, начинающихся с высоты около 8300 м. Почти отвесные скалы требовали напряженной работы. Восходители устали. К тому же участились периоды непогоды. В конце концов было принято решение о спуске. Юго-западная стена Джомолунгмы вновь осталась непобежденной.

За последние два года (1973—1974 гг.) большое внимание альпинистов привлекла южная стена Макалу. Стимулом к этому, видимо, были успешное восхождение французских альпинистов по ее сложному, стопообразному западному ребру (1971 г.) и только случайно не закончившееся успехом восхождение югославских восходителей по южной стене (1972 г.).

Уже в следующем 1973 г. к этой вершине прибывает экспедиция чехословацких альпинистов во главе с И. Гальфи. В ее составе 19 спортсменов, среди которых покорители Нангапарбат Иван фиала и Михаил Оролин.

Штурм предпринимался по одному из ребер центральной части стены (с тех пор это ребро называется чехословацким). На этом ребре были организованы лагеря 2 (6200 м), 3 (6700 м), 4 (7200 м) и 5 (7850 м). Продолжая дальнейший подъем, штурмовая двойка 29 мая достигла высоты 7950 м. Отсюда оставалось всего 60 м по высоте до Восточной вершины Макалу (8010 м). Путь к Главной вершине проходит по некрутому скальному гребню. Казалось, что необходимо еще одно усилие — и стена будет пройдена.

Но здесь произошло несчастье. Один из участников штурмовой двойки, Куницкий, почувствовав, что подача кислорода резко уменьшилась, хотел взглянуть на вентиль аппарата кислорода, видимо, при этом он сделал резкое движение и, поскользнувшись, упал, получив серьезные травмы. Все участники штурма переключились на транспортировку пострадавшего. К сожалению, через 8 дней Куницкий умер от травм.

Несчастье сильно подействовало на моральное состояние альпинистов. В это же время метеослужба сообщала о приближении муссона. Было принято решение о прекращении штурма вершины.

Иван Галфи после говорил, что успех был почти в руках, но неожиданное несчастье преградило путь к вершине.

В 1974 г. южная стена Макалу дважды подвергалась штурму. Весной сюда прибыла австрийская экспедиция. Ее возглавлял В. Найритц. Путем штурма было избрано югославское ребро. Задача перед альпинистами стояла трудная. К австрийской экспедиции было привлечено внимание альпинистской общественности и печати не столько сложностью выполнения этого штурма, но и тем, что в состав штурмовой группы был привлечен Р. Месснер, который покорил Рупальскую стену восьмитысячника Нангапарбат и прошел юго-западным путем на Манаслу.

В конце апреля, когда экспедиция развернула свою деятельность, казалось, что все идет хорошо. Да и погода стояла отличная. Получив значительные субсидии от киностудий и редакций, экспедиция обязалась создать условия операторам для съемки фильма о покорении вершины. Это заставляло восходителей брать с собой на маршрут операторов и их аппаратуру, часто останавливаться для съемок, специально для фильма проходить сложнейшие участки. Все это значительно замедляло продвижение по маршруту. Когда же пришло время для решительного штурма, погода начала ухудшаться. Продолжать штурм стало невозможно. Даже часть снаряжения пришлось оставить на маршруте.

Осенью 1974 г. проводилась следующая экспедиция с задачей штурма южной стены Макалу. Руководителем ее был Ф. Штамбергер. В альпинистскую группу вошли четыре американца, аргентинец, австриец и югослав. Последним был Матия Малежич, один из той двойки, которая в 1972 г. достигла на этой стене высоты 7950 м.

Выехав из Франкфурта-на-Майне 28 августа, экспедиция во второй половине сентября уже достигла подножия Макалу. Началась обычная деятельность — прокладка пути, заброска промежуточных лагерей и их снабжение необходимыми запасами. Она шла довольно успешно вплоть до организации лагеря на высоте 7400 м.

К этому времени трое из альпинистов получили травмы . от падающих камней. Другие жаловались на боль в глазах, видимо из-за неудачно подобранных очков или неаккуратности их использования. Штурм продолжали только Штамбергер и Малежич. Они поднялись до высоты 7774 м и организовали здесь штурмовой лагерь. Ожидая подхода товарищей и пополнения своих запасов, а также стремясь сбросить накопившуюся усталость, они несколько дней отдыхали. Но товарищи не пришли. Штурмовая двойка поднялась еще на 300 м. Дальше идти без пополнения запасов и без поддерживающей группы они не решились. Прождав еще сутки и не дождавшись помощи, Штамбергер и Малежич стали спускаться. На этом и закончилась экспедиция.

Так южная стена Макалу, выдержав четыре упорные попытки штурма, осталась непокоренной. В итоге за семь лет (с 1968 г.) из 15 попыток прохождения сложнейших маршрутов к высочайшим вершинам успешными оказались только три. На ближайшие годы планируется целый ряд экспедиций с подобными задачами.

Штурм гигантов продолжается. Наряду с усиливающимся стремлением проходить все более сложные пути к восьмитысячникам не уменьшается число экспедиций с задачами восхождений на такие вершины по уже пройденным путям. За последние три года (1972—1974 гг.) проводилось 12 экспедиций такого характера и только пять из них стали успешными.

Как и в прежние годы, внимание восходителей-высотников привлекала Джомолунгма. Весной 1973 г. впервые включились в борьбу за покорение высочайшей вершины мира итальянские альпинисты. Их экспедиция, организованная национальной армией, была необычной по своим масштабам. В состав ее входили 63 участника, из них 52 военных. Руководителем экспедиции был известный альпинист Гвидо Монцино. Планировалось, что в штурме примут участие 36 альпинистов. Имущество экспедиции к языку ледника Кхумбу — месту базового лагеря транспортировали 600 носильщиков и два военных вертолета, доставленные из Италии. Экспедицию сопровождали 150 шерпов. Подъем на Джомолунгму выполнялся по ставшему уже обычным пути через Южное седло.

Располагая такими крупными силами, участники восхождения в относительно короткое время продолжали путь через ледопад Кхумбу и Западный цирк, организовали здесь промежуточные лагеря и снабдили их большими запасами снаряжения, кислорода, продуктов питания и другого необходимого имущества. Затем были созданы высотные лагеря 4 (7600 м) — на склонах Лхоцзе, 5 (7985 м) — на Южном седле и 6 (8511 м) — на пути от Южного седла к вершине. Все эти работы закончились к концу апреля. Такое быстрое выполнение трудоемкой и весьма длительной подготовки позволило итальянцам необычно рано, на месяц раньше по сравнению с другими экспедициями, приступить к штурму вершины.

Уже 30 апреля две четверки альпинистов вышли из лагеря на Южном седле по направлению к вершине. В первой из них были альпийский стрелок Мирко Минуццо, солдат Ринальдо Каррел и шерпы — Лхапка Тенсинг и Шампу Тамунг; во второй — капитан Фабрицио Иноморатти, старшина Вирджипио Епис, унтер-офицер Клаудио Бенедетти и шерп Сонам Гиальцен. Эти четверки, взаимодействуя на всем пути штурма, справились с поставленной перед ними задачей и успешно завершили штурм Джомолунгмы.

После этого планировалось восхождение на вершину еще семи групп. Задача, несомненно, грандиозная. Возможно поэтому многие известные альпинисты называли итальянскую экспедицию не спортивным мероприятием, а военной операцией. Но таким широким планам не суждено было осуществиться. После восхождения первых двух групп экспедиция неожиданно прекратила свою деятельность. Действительных причин этого объявлено не было. В альпинистской печати высказывались предположения, что ими были смерть двух участников из числа победителей вершины, катастрофа вертолета и другие неполадки. Официально же было объявлено, что экспедиция свернула свою работу в связи с резким ухудшением погоды.

В том же 1973 г. осенью проводилась японская экспедиция на Джомолунгму под руководством Мичио Юасса. Она ставила перед собой две задачи — штурм вершины по юго-западной стене и восхождение на нее по обычному пути через Южное седло. Как указывалось ранее, штурм стены окончился неудачей. В середине октября, когда стало ясно, что штурм стены срывается, руководитель экспедиции решил, что в таких условиях основной задачей стал штурм вершины с Южного седла. Все силы экспедиции были переключены на ее решение. В этом им сопутствовал успех. 25 октября 1973 г. японские альпинисты Хисаши Ишигуро и Ясоа Като стали очередными победителями Джомолунгмы. Большего участникам сделать не удалось.

Менее удачливыми оказались две экспедиции 1974 г. на эту вершину. Весной на штурм Джомолунгмы выезжала экспедиция испанских альпинистов, впервые включившихся в борьбу за покорение высочайшей вершины мира. Руководил ею X. И. Лоренте. Альпинистская группа включала 16 участников. Цель ее — восхождение с Южного седла. При этом нужно учесть, что альпинисты этой страны имели весьма малый опыт в восхождениях на восьмитысячники, и поэтому стоявшая задача для них была весьма сложной.

Продвижение участников экспедиции по пути с юга, от базового лагеря у ледника Кхумбу, проходило успешно, и в первой декаде июня они не только организовали, но и обжили лагерь на Южном седле.

Двойка Розен и Уриарте 11 июня организовала штурмовой лагерь на высоте 8500 м. В это время на Южном седле уже находились еще две двойки (Абалде и Галардо, а также Вилар и Кирх), готовые сменить первую двойку после ее восхождения. Победа казалась весьма близкой. Однако погода начала резко ухудшаться — поднялся ураганный ветер и начался снегопад. Попытка переждать непогоду не увенчалась успехом — она оказалась затяжной. Полагая, что начался муссон, альпинисты 26 июня начали спуск, и на этом экспедиция завершила свою деятельность. Моральным утешением для них, как говорили альпинисты, явился своеобразный рекорд, установленный участником Галардо; он прожил на Южном седле пятеро суток.

Французская экспедиция 1974 г. на Джомолунгму действовала осенью. Руководил ею Жерар Девуассу. Задача ее — восхождение на вершину по одному из западных направлений (точно по какому, заранее не сообщалось).

Из Катманду 25 июля вышли восемь участников штурма, известных альпийских гидов, врач, кинооператор и 20 шерпов. Грузы экспедиции транспортировали 400 носильщиков. В пути длинный караван задерживали частые ливни, свидетельствовавшие о том, что летний муссон еще не закончился. К 15 августа было достигнуто место базового лагеря у ледника Кхумбу. Началось обычное продвижение по маршруту штурма, который был избран в направлении по западному гребню от перевала Лхола. Подъем к вершине проходил успешно. Уже 9 сентября передовая группа альпинистов решала задачу организации штурмового лагеря для последнего броска к вершине.

Неожиданно все изменилось. В этот день Девуассу с пятью шерпами поднимался в лагерь 3 (6900 м), чтобы доставить туда необходимые грузы. Внезапно на участке склона, считавшегося защищенным от возможных лавин, сошла мощная лавина. Она “смела” не только группу Девуассу, но и лагеря 1 и 2. В базовый лагерь об этом было сообщено по радио из лагеря 3. Затем все альпинисты из верхних лагерей начали спускаться и обследовать путь лавины. Однако ни следов группы Девуассу, ни лагерей 1 и 2 им обнаружить не удалось.

На этом экспедиция была свернута.

За последние три года (1972—1974 гг.) большое внимание альпинистов привлекла вершина Манаслу. В 1972 г. к ней выезжали экспедиции австрийских и южнокорейских восходителей. Австрийская экспедиция проводилась весной. Руководил ею В. Найритц. Направлением штурма был избран достаточно сложный новый маршрут по юго-западному склону. Подготовка пути и организация высотных лагерей проводилась быстро. Об этом свидетельствует создание штурмового лагеря на высоте 7400 м, т. е. за 725 м от вершины. Отсюда вышли Р. Мейснер и Ф. Ягер. Сопровождавший их шерп остался в штурмовом лагере.

Поднявшись до 7700 м, Ф. Ягер почувствовал себя настолько усталым, что не смог продолжать штурма. Мейснер отпустил его в лагерь на 7400 м, а сам продолжил штурм вершины. Он покорил Манаслу, снял японскую записку от 1971 г., сложил тур из камней, воткнул в него свой ледоруб, сфотографировал его для документального подтверждения достижения вершины и поспешно начал спускаться.

Вернувшись в штурмовой лагерь, он, к своему удивлению, не обнаружил там ни шерпа, ни Ягера. Полагая, что они ушли вниз, Мейснер продолжал спуск. На всем пути до базового лагеря он не находил ни следов ушедших, ни их самих. В базовом лагере их также не оказалось. Ягер и шерп, видимо, погибли где-то на пути спуска.

Еще более трагичной оказалась судьба южнокоройской экспедиции, которой руководил Ким Хо Суп. В 1971 г. их остановила непогода почти под самой вершиной (на высоте 7600 м). Теперь же, используя накопленный опыт, они решили добиться победы. Достигнув высоты 6500 м по пути с востока, пять альпинистов и десять шерпов остались в этом лагере на ночь. На рассвете следующего дня, в то время когда находившиеся в палатках еще спали, две мощные лавины одна за другой обрушились на лагерь. Под многотонной массой снега и льда погибли все альпинисты и шерпы.

В 1973 г. на Манаслу также проводились две экспедиции. Первая из них (весенняя), состоявшая из альпинистов ФРГ, Швейцарии и Австрии по руководством Г. Шмаца, избрала путь штурма с востока, по которому впервые была побеждена эта вершина в 1956 г. японскими восходителями. Уже 14 апреля участники штурмовой группы разбили самый высокий лагерь (7550 м). Отсюда они намечали штурмовать вершину. Погода в те дни способствовала восхождению. На штурм 22 апреля вышли два альпиниста ФРГ и один шерп. Благоприятные условия, известный путь и упорное стремление спортсменов к победе принесли им успех. Манаслу на этот раз была покорена.

К сожалению остальных участников экспедиции, им не удалось повторить успех своих товарищей. Резкое ухудшение погоды исключило возможность дальнейших попыток.

Испанская экспедиция на эту же вершину, проводишаяся в осеннее время, закончилась безуспешно. В ходе подготовительных работ по прокладке пути и организации высотных лагерей ее участники поднялись почти до 7000 м. Неожиданно обрушившаяся на них длительная и резка непогода заставила прекратить штурм.

В 1974 г. Мапаслу вновь подвергалась атакам альпинистов. На сей раз это была японская женская экспедиция. Эта экспедиция альпинисток Японии, явившаяся подготовительной перед штурмом Джомолунгмы в 1975 г., включала в свой состав кандидаток на участие в этой экспедиции.

Энергично проведя все подготовительные работы с помощью шерпов, альпинистки достигли лагеря 5 (7000 м). Здесь случилось несчастье. При разбивке лагеря одна из альпинисток сорвалась с крутого склона и погибла. Но это событие не сломило духа участниц. Несколько позднее они повторили штурм и добились победы. Hа вершину Манаслу поднялись три участницы штурма Миеко Мори, Масоко Ухида и Наоко Курибаши.

В 1973 г. осенью итальянская экспедиция предприняла штурм восьмитысячника Аннапурны по северозападной стене. Продвижение к вершине шло медленно как из-за сложности пути, так и в связи с частыми периодами непогоды.

После того как Рава и Черутти организовали лагерь 2 (7200 м), связь с ними прекратилась. Посланная туда группа альпинистов установила, что лагерь 2 сметен лавиной вместе со своими обитателями. Рава и Черутти погибли, и экспедиция прекратила свою деятельность.

В 1974 г. осенью польские альпинисты, возглавляемые А. Завадой, предпринимали восхождение на вершину Лхоцзе (8501 м).

Успешно преодолев длительный путь с организацией высотных лагерей, они подошли к верхней части Лхоцзе. Здесь участников штурма встретили шквальные порывы ветра большой силы. Продвижение к вершине серьезно осложнилось. К тому же и температура воздуха падала до —30°. Все это привело к необходимости прекращения штурма.

<< Назад  Далее >>


Вернуться: Рототаев. Покоренные гиганты


Будь на связи

Facebook Delicious StumbleUpon Twitter LinkedIn Reddit

О сайте

Тексты книг о технике туризма, походах, снаряжении, маршрутах, водных путях, горах и пр. Путеводители, карты, туристические справочники и т.д. Активный отдых и туризм за городом и в горах. Cтатьи про снаряжение, путешествия, маршруты.